На минуту он приостановился, чтобы посмотреть план. Ближайшим к этому месту был медблок. Он решил, что стоит его посетить. Так как возможно, там найдутся какие-либо ответы. А уже потом доберется до офиса гендиректора.
Он стал ползти по направлению к медблоку. По дороге ему встретилось несколько решеток, сквозь которые сочился свет из помещений. В большинстве случаев в них находился рабочий персонал. Единственный раз ему пришлось попотеть, когда он проползал мимо комнаты охраны. Барек почувствовал нервное возбуждение, но быстро справился с нахлынувшим чувством страха и, тихо, стал продвигаться дальше.
Наконец, он достиг медблока. Прополз несколько несколько неосвещенных помещений и приостановился. Так как впереди, там, где на схеме находилась личная лаборатория доктора Клерваля, участок трубы был ярко освещен. А из комнаты под ним слышались голоса. Они, едва уловимым, гулким эхом, проходили по воздуховоду. Барек узнал голос доктора Клерваля и мисс Бенор. Разговор был явно интересный. И потому, он рискнул подползти ближе. Добравшись до решетки, он включил аудиозапись, нажав на соответствующую кнопку на очках.
— Гермес разрешил вам оставить парня у себя. Пожалуйста, делайте с ним, что хотите.
— Но как же остальные? Я не могу испытывать препарат на одном подопытном. К тому же, на том, что находится в таком состоянии.
— Меня это не касается. Скажите спасибо и на том.
— Но это тело… Я не могу проводить тесты на бессознательном теле. Вы только посмотрите на него.
Барек аккуратно посмотрел сквозь решетку, что бы увидеть о ком идет речь. И вдруг заметил Цицерона. Тот как-будто бы спал, подключенный тысячью трубок и проводов к куче каких-то аппаратов.
— Вам не достаточно того факта, что он упал с крыши и при том, все еще жив. Его ткани почти восстановились. Это ли не чудо. Проделайте с ним все, что возможно, а потом я найду вам новых людей. И вы сможете продолжить работу над проектом. Эта сыворотка лучшее, что когда-либо было создано «Прометей».