— Не думали же вы, мисс, что все будет так просто? — голос принадлежал доктору Клервалю. Он позволил Агнус повернуться к нему, при этом не убирая приложенный к ее горлу скальпель.
— Вы не посмеете меня убить. Эржебет оторвет вам голову.
— Какая посредственность. А ведь я возлагал на вас большие надежды. Жаль, что они никогда не осуществятся. Однако! Только подумать, что сделала моя сыворотка с обычным телом. — глаза старика горели адовым пламенем безумия. Он смотрел на нее отнюдь не как на человека, а как на некий завораживающий феномен. Один из тех, что происходят лишь в определенное время в определенном месте и доступен лишь избранному кругу лиц.
— Уберите нож, доктор! — Агнус слышала его речь и понимала ее, но ни коем образом не собиралась давать ему волю продолжать свою лекцию.
— Когда Бет сказала, что мы будем испытывать препарат на обычных людях, никто не мог и представить, что в итоге получится!
— Что вы несете? Мы не были обычными. Нас генетически изменили еще в утробе.
Клерваль заржал. Он хохотал так громко, что едва не выронил нож. Его рука чуть опустилась, на несколько сантиметров отошла от ее горла, но Агнус не стала пользоваться моментом. Она хотела знать правду.
— О, моя дорогая. Это была чушь. Полнейшая чепуха. Выдуманная для того, чтобы завлечь вас.
— Но почему тогда выбор пал на нас троих? Как вы это объясните, доктор?
— Все до идиотизма просто, милейшая. Цицерон был причастен к наркотрафику в баре. Эржебет использовала его для того, чтобы подобраться к владельцу, Фишеру Крюгеру. Барек же смог навести ее на след скрытого в канализации бандитского мира. Если все, о чем я говорю, для вас имеет хотя бы малейший смысл…
— Да, я знаю об операциях. Но, а как же я? Как же я, доктор? Я ни к чему не была причастна.
— Всего лишь подходила под психотип. Бенор пришлось перебрать тысячу анкет, пока она не нашла то, что искала. То, что подходило наибольшим образом. Одинокую девушку с проблемами. Ни от кого не зависящую, ищущую свою цель в жизни. И сделающую все, что скажут — лишь бы проявили заинтересованность. Она часто увещевала вас речами, не так ли? — он расплылся в улыбке.