Вспышка-дверь открывается, и появляется Рокки, заключенный в свой геодезический шар. На нем что-то вроде комбинезона с патронташем поперек нижней части панциря. Кондиционер у него на спине. Две его руки держат металлические блоки. Остальные трое свободны. Один из них машет мне рукой. Я машу в ответ.
Космический мяч (как еще его назвать?) вплывает в шлюз, а затем прилипает к металлической пластине.
«Что?” Я говорю. “Как…”
И тут я вижу это. Шар волшебным образом не двигался. Эти блоки, которые держит Рокки, - магниты. Довольно мощные, я думаю. И металлическая полоска, очевидно, магнитная. Наверное, железо. Он катит мяч по металлической линии в воздушный шлюз разделителя. Он манипулирует металлическими элементами управления через ксенонитовую оболочку с помощью магнитов. Смотреть на это завораживает.
После некоторого шипения и звука насосов он отталкивает тарелку, которая открывает дверь с моей стороны шлюза. Оттуда он катится по металлической линии к моей двери. Я открываю ее.
“Привет!”
“Привет!”
“So...do Я ношу тебя на руках? Это и есть план?”
"да. Нести. Благодарю.”
Я осторожно хватаю мяч, опасаясь, что он может быть горячим. Но это не так. Помимо всего прочего, ксенонит является отличным изолятором. Я втаскиваю его внутрь корабля.
Рокки тяжелый. Гораздо тяжелее, чем я думал. Если бы была гравитация, я, вероятно, вообще не смог бы его поднять. Как бы то ни было, у него много инерции. Требуется много усилий, чтобы тащить его за собой. Это все равно что толкать мотоцикл на нейтральной полосе. Серьезно—он тяжелый, как мотоцикл.
Я не должен удивляться. Он рассказал мне все о своей биологии и о том, как она использует металлы. Черт возьми, у него в крови ртуть. Конечно, он тяжелый.
“Ты очень тяжелый,” говорю я. Надеюсь, он не поймет, что это значит " Эй, фатти!" Сядьте на диету!
“Моя масса-сто шестьдесят восемь килограммов,” говорит он.
Рокки весит более 300 фунтов!
“Ух ты,” говорю я. ” Ты весишь намного больше, чем я
“. " Какова твоя масса, вопрос?”
“Килограммов восемьдесят.”
“У людей очень маленькая масса!” - говорит он.
- Я в основном вода,” говорю я. - В любом случае. Это диспетчерская. Я управляю кораблем отсюда.”
- Пойми.”
Я толкаю его вперед по туннелю в лабораторию. Он носится в своем шаре. Он склонен меняться, когда смотрит на что-то новое. Я думаю, что это помогает ему лучше “видеть” вещи с помощью своего сонара. Это похоже на то, как собака наклоняет голову, чтобы получить больше информации о звуке.
- Это моя лаборатория, - говорю я. “Вся наука происходит здесь.”
“Хорошая, хорошая, хорошая комната!” - визжит он. Его голос на целую октаву выше обычного. “Хочу все понять!”
- Я отвечу на любые ваши вопросы, - говорю я.
- Позже. Больше комнат!”
- Еще комнаты!” - драматично говорю я.
Я толкаю его в спальню. Я даю нам очень медленную скорость, чтобы он мог принять все это из центра комнаты. - Я сплю здесь. Ну, раньше я так и делал. Потом ты заставил меня спать в туннеле.”
- Ты спишь один, вопрос?”
"да.”
- Я тоже много раз сплю одна. Грустно, грустно, грустно.”
Он просто не понимает этого. Страх спать в одиночестве, вероятно, заложен в его мозгу. Интересно...Возможно, это было началом их инстинкта стаи. А для того, чтобы вид стал разумным, необходим инстинкт стаи. Этот странный (для меня) режим сна может быть причиной того, что я сейчас разговариваю с Рокки!
Да, это было ненаучно. Вероятно, есть тысяча вещей, которые привели к тому, что они стали разумными и все такое. Сон, скорее всего, только одна его часть. Но эй, я же ученый. Я должен придумывать теории!
Я открываю панель в хранилище и частично засовываю его мяч внутрь. - Это небольшое помещение для хранения вещей.”
- Пойми.”
Я вытаскиваю его обратно. - Это все комнаты. Мой корабль намного меньше вашего.”
“У вас на корабле много науки!” - говорит он. “Покажи мне вещи в научной комнате, вопрос?”
“Конечно.”
Я отвожу его обратно в лабораторию. Он вертится в шаре, вбирая все это в себя. Я подлетаю к центру комнаты и хватаюсь за край стола.
Я толкаю мяч о лабораторный стол. Я думаю, что это сталь, но я не уверен. Большинство лабораторных столов такие. Давайте выясним.
- Используй свои магниты, - говорю я.
Он прижимает один из своих магнитов к лицу пентагона, соприкасающемуся со столом. С лязгом магнит захватывает его. Теперь он закреплен на месте.
“Хорошо!” - говорит он. Он использует свои магниты на одном лице за другим, чтобы перекатиться через стол и обратно. Это не изящно, но это делает свою работу. По крайней мере, мне не придется удерживать его на месте.