Но потом Рокки умирает. И что еще более важно, люди Рокки умирают. Их миллиарды.
Я так близко. Мне просто нужно прожить четыре года. Да, это будет отвратительная кома, но я буду жив.
Мой раздражающий логический ум указывает на другой вариант: запустить жуков—всех четверых. Каждый со своей собственной мини-фермой Taumoeba и USB-накопителем, полным данных и результатов. Ученые Земли возьмут его оттуда.
Затем разверните "Аве Мария", найдите Рокки и отвезите его домой в Эрид.
Одна проблема: это означает, что я умру.
У меня достаточно еды, чтобы пережить путешествие на Землю. Или у меня достаточно денег, чтобы пережить поездку в Эрид. Но даже если эридианцы заправят "Аве Мария" сразу же, мне не хватит еды, чтобы пережить обратный путь с Эрида на Землю. К этому моменту у меня останется всего несколько месяцев еды.
Я ничего не могу вырастить. У меня нет ни жизнеспособных семян, ни живого растительного вещества. Я не могу есть эридианскую пищу. Слишком много тяжелых металлов и других основных токсинов.
Так вот с чем я остаюсь. Вариант 1: Вернуться домой героем и спасти все человечество. Вариант 2: Отправиться в Эрид, спасти инопланетный вид и вскоре умереть от голода.
Я дергаю себя за волосы.
Я всхлипываю в ладони. Это катарсис и изнурение.
Все, что я вижу, когда закрываю глаза, - это тупой панцирь Рокки и его маленькие ручки, которые всегда что-то теребят.
—
Прошло шесть недель с тех пор, как я принял решение. Это было нелегко, но я придерживаюсь этого.
У меня есть спин - драйвы для моего ежедневного ритуала. Я поднимаю Петроваскоп и смотрю в пространство. Я вообще ничего не вижу.
- Прости, Рокки,” говорю я.
Затем я замечаю крошечное пятнышко света Петровой. Я увеличиваю масштаб и обыскиваю эту область. На мониторе в общей сложности четыре маленькие точки, едва видимые.
- Я знаю, ты бы с удовольствием разобрал жука на части, но я не мог оставить ни одного.”
Жуки с гораздо меньшими приводами вращения не будут видны еще долго. Особенно когда они приближались к Земле, а я направлялся почти в противоположном направлении к Вспышке-А.
Катушки астрофагов в мини-фермах защитят Таумебу от радиации, и я провел тщательные тесты, чтобы убедиться, что и фермы, и жизнь внутри могут справиться с огромным ускорением, которое используют жуки. С их точки зрения, они вернутся на Землю через пару лет. Примерно тринадцать лет по земному времени.
Я возвращаю спиновые диски в Сеть и продолжаю курс.
Найти космический корабль “где-то за пределами системы Тау Кита” - задача не из легких. Представьте, что вам дали гребную лодку и сказали найти зубочистку “где-нибудь в океане”.
Я знаю его курс, и я знаю, что он следовал ему. Но я не знаю, когда у него заглохли двигатели. Я проверял его только раз в день. Прямо сейчас я нахожусь в центре своего “лучшего предположения” о его положении, и я сопоставил свое лучшее предположение о его скорости. Но это только начало. У меня впереди чертовски много поисков.
Жаль, что я не следил за ним чаще. Поскольку я не знаю точного времени, когда его двигатели заглохли, погрешность, по моим предположениям, составляет около 20 миллионов километров. Это примерно одна восьмая расстояния между Землей и Солнцем. Это расстояние настолько велико, что свету требуется целая минута, чтобы преодолеть его. Это лучшее, что я могу сделать с той информацией, которой располагаю.
Честно говоря, мне повезло, что погрешность так мала. Если бы таумеба сбежала через месяц, было бы экспоненциально хуже. И все это происходит на краю системы Тау Кита. Только начало путешествия. Расстояние между Тау Кита и Землей более чем в четыре тысячи раз превышает ширину всей системы Тау Кита.
Космос велик. Это’s...so, такой большой.
Так что да. Мне очень повезло, что у меня есть только 20 миллионов километров для поиска.
“Хм,” бормочу я.
Так далеко от Тау Кита его корабль не будет отражать много Таулита. Нет ни малейшего шанса, что я обнаружу Блип-А с помощью телескопа.
Примечание: Я собираюсь умереть.
“Прекрати,” говорю я. Всякий раз, когда я думаю о своей надвигающейся смерти, я думаю о Рокки. Должно быть, у него сейчас чувство безнадежности. Я иду, приятель.
“Подожди…”
Я уверена, что ему грустно, но он также не из тех, кто долго хандрит. Он будет работать над решением. Что бы он сделал? Весь его вид на кону, и он не знает, что я приду. Он ведь не убьет себя просто так, верно? Он сделает все, что придет ему в голову, даже если это будет иметь лишь крошечный процентный шанс на успех.
Хорошо. Я Рокки. Мой корабль мертв. Может быть, я спас какого-нибудь астрофага. Таумеба не могла получить все это, верно? Так что у меня есть немного. Могу ли я сделать своего собственного жука? Что-нибудь, чтобы отправить обратно в Эрид?
Я качаю головой. Для этого потребуется система наведения. Компьютерные штучки. Далеко за пределами эридианской науки. Вот почему у них была команда из двадцати трех человек на огромном корабле. Кроме того, прошло уже полтора месяца. Если бы он собирался построить маленький корабль, он бы уже закончил, и я бы увидел, как вспыхнул его двигатель. Рокки двигается быстро.
Хорошо. Никакого жука. Но у него есть энергия. Жизнеобеспечение. Еды хватило бы ему на долгое-долгое время (первоначальный экипаж состоял из двадцати трех человек, и это всегда предполагалось путешествие туда и обратно).
“Радио?” Я говорю.
Может быть, он подаст радиосигнал. Что-то достаточно мощное, чтобы быть услышанным на Эриде. Всего лишь небольшая вероятность обнаружения, но что-то. У эриданцев долгая жизнь. Ждать спасения лет десять или около того-не такая уж большая проблема. Ну, не по шкале жизни или смерти. Если бы вы спросили меня несколько лет назад, я бы сказал, что невозможно послать радиосигнал на десять световых лет. Но мы говорим о Рокки, и у него может быть какой-нибудь спасенный Астрофаг, чтобы питать все, что он создает.
Он не обязательно должен содержать информацию. Это просто нужно заметить.
But...no. Это просто невозможно. Какая-то математика с обратной стороны салфетки говорит мне, что даже с земной радиотехникой (которая лучше, чем у Эрида), сила этого сигнала на Эриде будет намного меньше, чем фоновый шум.
Рокки тоже это поймет. Так что в этом нет смысла.
“Хм.”
Жаль, что у меня нет лучшего радара. Мой хорош на несколько тысяч километров. Очевидно, этого недостаточно. Рокки, наверное, мог бы что-нибудь придумать, если бы был здесь. Это немного парадоксально, но я хотел бы, чтобы Рокки был здесь, чтобы помочь мне спасти Рокки.
“Лучший радар…” - бормочу я.
Что ж, у меня достаточно власти. У меня есть радарная система. Может быть, я смогу что-нибудь придумать.
Но вы не можете просто добавить мощность к излучателю и ожидать, что все пойдет хорошо. Я его точно сожгу. Как я могу превратить энергию астрофагов в радиоволны?
Я вскакиваю с места пилота. “Да!”
У меня есть все, что мне нужно для лучшего радара! К черту мою встроенную радарную систему с ее жалким излучателем и датчиками. У меня есть спиновые приводы и Петроваскоп! Я могу выбросить 900 тераватт инфракрасного света из задней части моего корабля и посмотреть, не отразится ли что—нибудь из этого с помощью Петроваскопа-прибора, тщательно разработанного для обнаружения даже самых маленьких количеств этой точной частоты света!
Я не могу одновременно включать "Петроваскоп" и двигатели. Но это нормально! Рокки находится в одной световой минуте отсюда!
Я создаю сетку поиска. Это довольно просто. Я как раз нахожусь в середине своей догадки о местонахождении Рокки. Поэтому мне приходится искать во всех направлениях.
Достаточно просто. Я включаю приводы вращения. Я беру ручное управление, которое, как обычно, требует от меня сказать “да”, “да”, “да” и “переопределить” кучу предупреждающих диалогов.
Я включаю дроссель на полную мощность и резко поворачиваюсь на левый борт с помощью рычагов управления рысканием. Сила толкает меня обратно на сиденье и в сторону. Это астронавигационный эквивалент того, чтобы делать пончики на стоянке 7-Eleven.
Я держу его крепко—мне требуется тридцать секунд, чтобы сделать один полный оборот. Я примерно вернулся к тому, с чего начал. Вероятно, в нескольких десятках километров, но все равно. Я выключил двигатели.
Теперь я смотрю в Петроваскоп. Он не всенаправленный, но может охватывать хорошую 90-градусную дугу пространства за один раз. Я медленно перемещаюсь в пространстве в том же направлении, в котором я осветил двигатели, и с той же скоростью. Это не идеально; я могу неправильно выбрать время. Если Рокки очень близко или очень далеко, это не сработает. Но это только моя первая попытка.