– А Химена разве с Лолой живет, а не с матерью? – пытался успокоить разбушевавшегося лейтенанта Фостер. – Прости, друг, я не знал! Да и в дом я не собирался. Просто оставил бы подарок у порога.
Бауделио засопел, но Фостера отпустил.
– Конечно, Химена с матерью живет. Только Ана Корралес – женщина порядочная, и её муж Доминик тебя в отбивную превратит, если к ней полезешь.
– Я не собираюсь создавать проблемы честной женщине, – заверил его Фостер.
– Ну да, конечно, – фыркнул Баудэлио.
– Так скажешь, где они живут?
– Не знаю я. Но, если так приспичило, поспрашивай на улице Флоранто, у них там мастерская. Но о «пари» лучше забудь. Сунешься ночью в город – и пристрелить могут.
Могут. Но Фостер понимал, что нужно добраться до неизвестного уничтожителя памяти раньше, чем бойцы картеля. Надо идти сейчас и взять с собой экстра, но которого? Токсик? Да, девчонка с девчонкой лучше поладит. Но она – мощное летальное оружие. А вот Инсект более разносторонний парень. Значит, пойдут оба. Фостер позвонил в комендатуру, сказал, что выйдет на ночное патрулирование города по рекомендации командира части. В праздничное время может быть неспокойно, пьяные дебоши и стрельба не исключены.
Пока Инсект и Токсик собирались в патруль, быстро добежал до здания штаба мимо пьяной компании сержантов, распевающей песни. Где-то вдалеке слышались выстрелы, наверняка офицеры решили устроить праздничный «салют». Унылая кирпичная коробка штаба покрылась от сырости темной плесенью. В окошке дежурного на первом этаже горел свет. Фостер застал там рядового, а не лейтенанта.
– А где дежурный? – Фостер заглянул в окошко.
– Где все, – ответил рядовой. – Празднует.
– Везет ему, – изобразил зависть в голосе Фостер. – А меня посреди ночи в патруль сдернули. Давай журнал, отметиться надо.
– Куда это вас, сэр? – рядовой протянул журнал и ручку.
– Комендатура вызывает. А мог бы пить как все нормальные люди.
– Так в городе с этим даже проще, сэр. Это мне тут сидеть сухим, – тяжко вздохнул рядовой.
Пока шли в город, Рей позвонил Джейн. Вдруг она сталкивалась с подобным экстра и знает что-то полезное? Разница во времени между Каракасом и Сеулом тринадцать часов, так что сейчас у Джейн полдень. Она только сменилась с дежурства и смогла ответить.
– Звонишь поздравить меня с Рождеством? Хочешь расскажу, как празднуют эти безумные корейцы?
– В другой раз, милая. Скажи, что ты знаешь об экстра, которые копаются в мозгах и уничтожают память?
– Менталисты… – задумчиво протянула Джейн. – Они – самые редкие и сильные из экстра. В интернате я с менталистами не встречалась, таких ребят слишком тяжело поймать. Я полагаю, почти все они вне системы. И ведомство к ним по-особому относится. Моя сестра, Алекс, тоже менталист. У неё совсем другие условия, к ней относятся, как к сотруднику ведомства. Но это не делает работу Алекс менее опасной…
– Что умеет твоя сестра?
– У Алекс чрезвычайный дар к убеждению. А вообще спектр ментальных способностей очень велик и разнообразен. Бывают те, кто может читать мысли или навязывать их. Те, кто берет под контроль нервную систему человека. Рей, если ты столкнулся с менталистом, держись подальше, они опаснее любого экстра-силовика. Даже ведомство это понимает.
Город мирно спал тёмной ночью, смотрел рождественские сны, а Фостер и двое экстра направлялись к улице Флоранто. Рей уже не доверял памяти, снова щёлкал крохотные пиктограммы на экране смарт-часов.
Он глубоко вдохнул прохладный ночной воздух, благоухающий цветочными ароматами, поднял взгляд на небо. Звёзды скрывались в темноте. Рей не заметил, когда именно темнота стала непроглядной.
Ноздри жгло, запах гари забил глотку. Кто-то бил Рея по щекам, тряс. Сквозь шум в ушах звучал голос:
– Старший лейтенант, очнитесь, прошу! Фостер! Сэр! Вы живы?
Голова болела так, будто битой приложили по затылку. Рей с трудом разомкнул веки и тут же снова зажмурился. Яркая вспышка пламени обожгла глаза. Тело ныло, саднила ободранная щека, и болели волдыри на обожженной ладони. Рей снова открыл глаза, разглядел смутный расплывчатый силуэт на фоне пламени. К его губам поднесли флягу. Рей сделал несколько глотков и, наконец, сел.
– Сэр, как вы? – Токсик обеспокоенно заглядывала в его лицо.
Сержант сидела на коленях рядом с ним, перепачканная копотью, на щеке кровоточил свежий порез. В нескольких десятках метров от них пылал дом. Где-то вдалеке выли сирены.