— Я хочу осмотреть комнату сестры, — сказал он бармену.
Тот даже не взглянул на протянутый ему документ.
— Взглянешь, если нужно, — ответил бармен. — Так ты, значит, за вещами сестры приехал?
— Нет, — возразил Антон. — Не за вещами сестры, а за сестрой. Я хочу найти ее.
Виталий нахмурился.
— Найти ее в северном лесу? — уточнил он.
— Найти ее в северном лесу, — подтвердил Антон.
Бармен устало взглянул на него из под густых бровей. Так глядят на больных людей, которые вроде как уже вот-вот пошли на поправку, но потом оказалось, что все стало еще хуже, чем было.
— Ну, как знаешь, — сказал бармен. Он достал из под прилавка ключ от комнаты, и протянул его Антону.
Тот взял ключ, и поднялся по лестнице. Половицы мягко поскрипывали у него под ногами. Он вставил ключ в замочную скважину и повернул — замок чуть слышно щелкнул, и дверь отворилась. Антон вошел в комнату и огляделся.
Он и сам толком не знал, что ожидает здесь найти. Дина на его памяти никогда не вела дневник, или что-то вроде этого. Он окинул взглядом комнату, которая оказалась чуть просторнее той, в которой жил сам парень.
В глаза сразу же бросился творческий беспорядок — что было подтверждением того, что сестра прожила тут достаточно долгое время. Это был ее стиль. На комоде стоял ноутбук, который оказался севшим — Дина видимо не знала, что розетки здесь не предусмотрены. Только лампочка под потолком.
Антон пошарил на столе, но не нашел ничего кроме журналов, которые девушка явно взяла с собой из города. Он подошел к окну и выглянул на улицу — из этой комнаты открывался вид на север, так что она каждый вечер должна была видеть то самое непонятное сияние. Что не могло не привлечь ее внимания. Однако сейчас парень смотрел на чистое голубое небо и верхушки деревьев — никаких следов чего-то необычного.
Он еще раз оглянулся, и собрался было уходить, когда увидел бумажный конверт, лежащий на кровати. Он подошел, и разобрал почерк сестры. На конверте было написано «Для Антона». Несколько секунд он просто смотрел на него, после чего присел на кровать рядом и взял конверт в руки. Открыл конверт.
Антон!
Если ты это читаешь, то видимо приехал сюда. А раз приехал, значит, со мной что-то случилось. Я нашла в лесу хижину, в северной части, около часа пешей ходьбы от поселка, держа курс ровно на север. Там живет пожилой мужчина, Степан Богданович. Он знает, куда я пошла, и где меня искать. Если я не вернулась — иди к нему, и скажи что ты мой брат. Я ему о тебе рассказала. Здесь более подробно писать ничего не буду, ведь вдруг это письмо попадет не в те руки.
Извини, что я опять причиняю тебе столько хлопот. Знаю, со мной бывает трудно, но в этот раз я, по-моему, нашла нечто действительно невероятное. Такой шанс выпадает раз в жизни, и я должна разобраться во всем.
Чтобы понять, о чем я — выгляни ночью из окна, и посмотри на небо над северной стороной леса. Ты все поймешь. А подробнее тебе расскажет Степан Богданович. Но помни — не стоит искать меня. Ведь если я действительно не вернулась, а ты пойдешь на мои поиски, то тебя может ожидать та же участь.
Однако сейчас я больше всего хочу, чтобы настало время, когда я вернусь, и собственноручно выброшу в мусор это письмо, и тебе даже не придется его читать. Надеюсь, что так оно и будет. Прости за все, и береги себя.
Целую, Дина.
Даже после того как дочитал, парень продолжал какое-то время смотреть на письмо, которое он держал в руках. Волна нежности к сестре окатила его с ног до головы. Он очень по ней соскучился, даже не смотря на то, что раньше они с ней не всегда хорошо ладили. А сейчас он словил себя на том, что даже не может четко вспомнить их последнюю встречу.
Он медленно провел рукой по листу бумаги. Теплая рука Дины касалась этого листа, когда выводила на нем свои обычные мало разборчивые закорючки. Он еще несколько минут просидел, не двигаясь с места, после чего решительно поднялся на ноги.
Антон занес письмо к себе в комнату и, аккуратно сложив его, положил в комод. После чего закрыл дверь в комнату девушки на ключ, и отнес его вниз, Виталию, в пустой бар.
Бармен глядел на парня с интересом.
— Нашел что-то интересное? — спросил он.
Парень покачал головой.