Повисло тягостное молчание.
— После нее приехал ты, — продолжил Стас. — И я ехал вместе с тобой, чтобы узнать цель твоего визита, и то, насколько много тебе успела рассказать сестра. Оказалось, что был ты в неведении, но она таки умудрилась оставить тебе письмо, и указать путь сюда. Об этом проекте никто не должен знать. Я был крайне неосторожен, когда отнес отцу эти поглотители. Он стал копать, хотел узнать чем на самом деле я занимаюсь, и в итоге узнал слишком много. А теперь и более того, он стал делиться этим с другими, вот с вами, например. Старый идиот.
Дина с Антоном переглянулись.
— Отцу?! — воскликнул Антон. С противоположной стороны двери прозвучал смешок.
— Степану Богдановичу, да, Антон, ты все правильно понял. Меня зовут Дима, а не Стас.
Повисло минутное молчание, во время которого парень быстро что-то обдумывал. Могло и это быть правдой? Он старался вспомнить все, что Степан Богданович говорил о своем сыне.
— Он думает, что ты погиб, — пробормотал Антон.
— Да, я знаю, — прозвучал голос Димы. — Это с моей подачи пришли к нему мои коллеги и сообщили об этом. Он начал совать свой нос, куда не стоит, и даже не представлял, какие огромные деньжищи здесь крутятся. Старый дурак.
И тут у Дины округлились глаза.
— Я вспомнила! — воскликнула она. — Так я и знала, что где-то тебя видела! Твои фотографии были у Степана Богдановича по всему дому расставлены, он мне их показывал… Только ты там значительно моложе…
— Да, это я приказал пару недель назад выкрасть у него из дома все мои снимки. Ведь Антон мог бы узнать меня.
За дверью послышался тяжелый вздох.
— В любом случае, мне очень жаль ребята. Но вас, как и моего старика, теперь просто нельзя оставлять в живых. Если бы Дина не знала так много, мы бы просто вас отпустили. Но, увы.
Он вроде как собрался уходить, и тут Антону что-то пришло в голову.
— Постой! — крикнул он. — Твой отец говорил, что вы просто можете изменить нам память!
Раздался приглушенный хохот.
— Да у старика уже крыша поехала. Какую память? Как изменить? Мы влияем на мысли людей, но стирать воспоминания — это уже из разряда фантастики. Очень кстати, что у вас родни нет, никто и не хватится. Мне жаль ребят, правда, очень жаль.
— Я знаю, что самое мерзкое ощущение в жизни, это ожидание смерти, — продолжал Дима. — Так что не буду вас мучать. Вас расстреляют сегодня же, как только сядет солнце. Прощайте, ребята.
На бесконечно долгую секунду наступила полная тишина, после чего из-за двери послышался звук спокойных шагов, которые постепенно отдалялись. Лучи заходящего солнца смутно освещали темную комнату.
Глава 9
Антон вскочил на ноги, и бросился к окну. Он всеми силами вцепился в решетку, однако она даже не затряслась под напором яростных ударов, которые он на нее обрушивал.
— Бесполезно, — спокойно сказала Дина. — Я очень долго здесь просидела, отсюда никак не выбраться. Я все уже перепробовала.
— Лучше уж погибнуть при попытке побега! — яростно крикнул парень, внимательно осматривая комнату. — Или ты уже сдалась?! Это ведь ты у нас всегда была активная и боевая!
— Я просидела тут очень долго, — тихо сказала девушка. — И каждую минуту я ждала, что вот-вот со мной что-то сделают. Так что…
Она замолчала и добавила, нервно покусывая губы:
— А вот ты тут оказаться не должен был.
— Угу. Но и ты тоже.
Парень продолжал ходить кругами и осматривать помещение, но не прошло и десяти минут, как молодые люди услышали, как с наружной стороны открывают дверь.
В комнату вошли четверо крепких мужчин, вооруженных автоматами. Одни из них вышел наперед — это был тот самый, кто проводил с Антоном допрос.
— Идем, — сказал он. — Опять-таки, я не фанат наручников, как вы поняли, но сами посудите, — смысла убегать вам нет. Лучше умереть с достоинством, чем как беглая собака. Согласны? Территорию вы все равно покинуть не сможете, а с обзорных вышек вас вмиг уложат.