Глава 4.
- Но... Неужели это правда? - Кажется, в последнее время я стала настоящей плаксой, ведь проклятые слёзы вновь рекой полились из глаз. Я встала с качелей и начала расхаживать в разные стороны. - Да, это так, детка. - По голосу было слышно, что человек... Что папа улыбается. - Почему ты звонишь мне только сейчас? Неужели все тринадцать лет ты просто не мог взять чёртов телефон и набрать мой номер? Ненависть. Вот, что моя мама привила мне к этому человеку. Мне хотелось кричать. - Джули, я не мог этого сделать. - Почему? - Пелена слёз полностью накрыла мои глаза, и я перестала отчётливо видеть мир перед собой. - Твоя мама запретила мне звонить тебе, да и вообще делать что-либо, чтобы ты знала, что я всё ещё твой отец. - Это бред. Она всегда говорила, что тебе нет до нас никакого дела... - Я знаю, Джули, но это на самом деле не так. Тринадцать лет назад, когда мама сделала всё возможное, чтобы разлучить нас, я всё равно узнал о вашем местоположении и сразу же позвонил Саре. Я надеялся, что она поймёт, какую ошибку совершила, забрав тебя у меня, но увы... Твоя мама сказала мне больше не звонить, а если я осмелюсь хотя бы немного напомнить о своём существовании, она увезёт тебя так далеко, что мне уже не удастся вас найти. - Папин голос был полон грусти и отчаяния. Я слушала как завороженная. Все эти годы меня мучил только один вопрос - за что? За что папа ненавидит меня настолько, что даже не удосужился позвонить за все эти годы. Но оказалось, что всему виной был человек, находящийся гораздо ближе, чем мой отец... - Но зачем мама сделала это? Что ты такого натворил, что нам пришлось бежать от тебя, как от огня, на другой конец страны? - Тон моего голоса немного утих. - Это произошло из-за одного дурацкого случая. Я тогда работал рядом с домом, но ты вряд-ли об этом хоть что-то помнишь. Однажды я засиделся на работе и, выходя из офиса поздно вечером, направился домой той же дорогой, что и обычно. Улицы уже давно опустели, и я мог слышать малейший шорох за углом. Так и случилось. Проходя мимо старого, заброшенного дома, я услышал крик. Детский крик. Бедный мальчик сорвал голос, прося о помощи. Понимаешь, Джули, я воспитан так, что не могу пройти мимо в таких ситуациях. И ноги сами повели меня во внутрь дома. Зайдя в первую же комнату по коридору, передо мной появилась жуткая картина: мальчик лет семи, весь в крови, лежал на старом, уже почти развалившемся паркете. Он громко кричал и просил о помощи. Я подбежал к нему, чтобы остановить кровь, но не тут-то было. Позади послышался грубый мужской голос, твёрдо говорящий мне отстать от жертвы, пока я сам ей не стал. Повернувшись, я увидел парня в маске, держащего в руке пистолет. Чтобы выжить, мне пришлось отойти от ребёнка. Я до сих пор не знаю, кем был тот человек в маске. Может, это был какой-нибудь извращенец или просто маньяк, но это тогда не имело значения. Он разрядил первый пистолет и достал из кармана ещё один, очень похожий на тот, что теперь был разряжен. Позже я узнал, что оба пистолета были абсолютно одинаковы. Он медленно подошёл и положил мне в руку разряженную пушку. Затем, нацелив второе оружие на мальчика, истекающего кровью на полу, он выстрелил... И попал прямо в голову бедному ребёнку. "Теперь это твои проблемы": - вот, что он сказал перед тем, как убежать из того злосчастного дома, оставив меня для полиции. Джули, детка, ты всё ещё тут? - Да, я слушаю тебя.- Эта история была поистине ужасной, у меня в голове никак не укладывалось, как можно было убить беззащитного мальчика... - После приезда полиции, которую наверняка вызвал сам преступник, дабы отвести от себя подозрения, меня забрали в участок в качестве подозреваемого. Сама понимаешь, я был в этот момент в доме, и именно мои отпечатки красовались на таком же пистолете, каким был убит тот ребёнок. Адвоката ко мне приставили лишь на седьмой день моего пребывания в камере, когда слухи о том, что именно я убил того парнишку, уже в достаточно извращённой форме гуляли по всему городу. Твоя мама узнала обо всем на следующий день после происшествия, когда я не вернуться домой, не объяснив причины, но она не спешила мне верить. Напротив, правдой для неё были лишь пустые слухи болтливых людей. Дальше был суд, на котором меня просто чудом оправдали, и я до сих пор очень благодарен тому адвокату, ведь если бы не он, я уже давно сидел бы за решеткой. Наконец вернувшись домой, я не застал ни маму, ни тебя. Лишь одинокая записка, в которой говорилось о том, что Сара не сможет жить под одной крышей с убийцей и не позволит тебе оставаться со мной, лежала на столе. После этого я и начал свои поиски, которые длились два года, и вышел, наконец, на твою школу. А затем и на тебя. Каждый месяц, в течение одиннадцати лет, я звонил вашему соседу, мистеру Дрейвис, и спрашивал о твоём здоровье... Позвонив в этом месяце, я и узнал о том, что ваш дом сгорел... Понимая, как для тебя это тяжело, я не стал сразу подвергать тебя ещё большему стрессу, поэтому не звонил эти три недели. Но теперь, когда, я надеюсь, ты всё поняла, мы, наконец, сможем встретиться. - Он откашлялся в знак окончания своего рассказа. По щекам всё ещё текли слезы, хоть и не так сильно, как раньше. Возможно, это была реакция моего организма на всю эту ситуацию. Неудивительно, я была в сильнейшем шоке. - Я... Я не могу сказать точно, верю ли тебе, ведь мы не виделись столько лет. Но я бы хотела встретиться со своим отцом... Ты хочешь приехать в Сиэттл? - Осознав всё, что мне только что пришлось узнать, я поняла, что, возможно, именно мама мне врала, говоря, что мой отец - законченный пьяница. - Понимаешь... Я бы хотел, чтобы ты вернулась во Флориду, Джули... Вернулась домой. Мы сможем жить вместе, как настоящая семья. Я вовсе не собираюсь заменять тебе маму, я лишь хочу вернуть тебе отца. Как ты смотришь на это? - Он произносил это с надеждой на положительный ответ. После его слов я вспомнила о том, что совсем скоро мне придётся искать жилье, а денег, как не было, так и не появится... Это было выходом. Я бы даже сказала, единственным выходом из сложившейся ситуации. Меня здесь больше ничего не держало. Мамы нет, Эмми я доставляю лишь проблемы, да и в школу в ближайшее время возвращаться не собиралась. И я согласилась.