— Ты совсем сдурел, — прошипела она. — Нашёл время.
— Я, вообще-то, помочь хотел, чтобы ты перестала нервничать.
— По-моему, я стала нервничать ещё больше, — проговорила Ева, посмотрев на электронный дисплей часов, на которых показывало, что её пульс зашкаливал. Но она не могла не согласиться, что во время поцелуя совсем перестала думать о своей боязни замкнутых пространств.
Максим пролез вперёд.
— Подожди минуту, — проговорил он, снимая крышку вентиляции. Потом он выбрался наружу, спрыгнув вниз.
— Давай, — прокричал он. — Я тебя поймаю.
Ева выглянула из-за угла и увидела проём, через который только что выбрался Максим.
Она выглянула наружу:
— То есть, ты не мог мне сказать, что мы пришли, и тем самым успокоить меня, а решил поцеловать?
— Я говорил, но ты не слушала.
Как только Ева спрыгнула, Максим спросил:
— Как думаешь, здесь есть камеры?
— Скорее всего, нет, дядя их не любит. Кому придёт в голову, вламываться в лабораторию? Она находится в отдалённом от производства помещении, сюда дают доступ не всем. А лаборатория дяди надёжно защищена.
— Так уж и надёжно, — хмыкнул Максим.
На что Ева улыбнулась:
— В любом случае нам лучше поторопиться, возможно здесь есть датчики движения.
— Да, ты права.
Они облазили всю лабораторию в поисках подтверждения, экспериментов над людьми, разработок вируса, но результатов не было.
— Похоже, мы ничего не найдём, нужно возвращаться, — проговорил Максим.
— Подожди, этого не может быть. Может у дяди тоже есть тайная лаборатория.
— Прости, мне не послышалось? Тоже?
— Ну, скажем так, я кое над, чем работаю и не хочу, чтобы кто-то об этом знал.
— И над чем, если не секрет ты работаешь?
Но Ева проигнорировала вопрос мужчины продолжая, искать хоть что-то отдалённо напоминающее рычаг.
— Рассказывай, — не отставал Максим. — В нашем положении скрывать что-то уже поздно.
— Телепорт, — бросила Ева, не отрываясь от своего занятия.
— Что? Ты серьёзно? Ты что фантастических фильмов пересмотрела?
— Я серьёзно. Над этим работал ещё мой отец, а я продолжила.
— Это невозможно.
— Нет ничего невозможного. И я уже произвела все расчёты, я смогу отправить в прошлое послание.
— И кому ты собралась его отправить?
— Отцу, я хочу предупредить его о взрыве, и тогда…
— Нельзя изменить то, что уже произошло, это нарушает одну из фундаментальных констант физики — причинность. Это может вызвать временной парадокс. А что, если время — это замкнутый цикл, и события, на которые ты хочешь повлиять, постоянно повторяются, и одно событие не может повлиять на другое, потому что они существуют в разных плоскостях. Когда ты хочешь что-то изменить, создаётся круговорот циклов, парадокс, который гарантирует, что история не изменится.
— И это ты мне говоришь, что я фильмов пересмотрела? Я должна попробовать, понимаешь.
Максим сел в кресло и посмотрев на стол, дотронулся до статуэтки маятника вечный двигатель, как только она запустилась, рядом что-то щёлкнуло и начала открываться потайная дверь.
Ева просияла:
— Я же говорила.
Девушка прошла внутрь, Максим следом. Они действительно оказались в помещении лаборатории, оборудованной высокотехнологичным оборудованием.
Девушка подошла к капсуле, и отшатнувшись ахнула, зажав рот рукой.
— Что случилось? — спросил Максим, подойдя к Еве.
Он увидел криокапсулу, а в ней находилась женщина.
— Кто она?
— Моя мама, — тихо произнесла Ева. — Всё это время она была здесь. Я не понимаю, зачем мой дядя это сделал.
— Ты сама говорила мне, что он нашёл способ переместить сознание человека в робота, возможно, он хочет это сделать, — предположил Максим.