Они говорили о книгах, которые заставляют думать, о том, как странно устроена память, хранящая запах дождя в детстве и забывающая важные даты. Алекс говорил меньше, но слушал внимательно, его тело было развернуто к ней. Он заметил, как она, увлекаясь, жестикулирует руками, и улыбка не сходила с его лица.
Сидя рядом с ним, слушая его низкий, спокойный голос, она с удивлением ловила себя на мысли, что ей... хорошо. По-настоящему хорошо и спокойно. Тот ледяной ком обиды и гнева, что она годами носила в груди, куда-то растаял, освобождая место для чего-то теплого и светлого. Она больше не оправдывала его поведение вежливостью. Она видела его внимание, его заботу и его неподдельный интерес к ней — не как к специалисту, а как к женщине. И это пугало ее до дрожи, потому что защищаться ей было уже нечем. Стены, которые она так тщательно выстраивала, рушились без боя.
Когда последняя полоска света угасла за озером и первые звезды зажглись в темнеющем небе, зазвонил телефон Алекса — такси ждало у ворот.
Они молча прошли через темный дом к выходу. У машины она остановилась.
— Спасибо за пиво, — сказала она, и ее голос прозвучал тише обычного. — И за... закат.
— Это тебе спасибо, — он ответил, и его рука на мгновение коснулась ее локтя — легкое, почти невесомое прикосновение, от которого по коже вновь побежали те самые мурашки. — За компанию. До завтра.
Она кивнула и села в машину, не решаясь больше ничего сказать. Когда такси тронулось, она не обернулась, но знала, что он стоит и смотрит ей вслед. А она сидела на заднем сиденье, прижав к груди сумку, и чувствовала, как тепло от одного бутылочного пива и одного совместного заката разливается по всему ее телу, смывая последние остатки былой обиды и страха.
На его губах все еще ощущался вкус пива и ее смеха. Этот вечер был для него как глоток чистой воды после долгой жажды. Он нарушил свой же план, позволив себе эту близость до конца проекта. Но черт возьми, это того стоило. Видеть ее расслабленной, смеющейся, такой настоящей... Это было лучше любой возможной профессиональной победы. Впервые за три долгих года он почувствовал не боль и вину, а простую, светлую радость. И он знал, что источником этого света была она. Он молился, чтобы этот свет не погас, когда она узнает всю правду о его прошлом.
Глава 11. Приглашение на барбекю
Утро второго дня посадок встретило команду свежестью и бодрящим запахом хвои. Кристи подъехала не одна — с ней была Лизи, с планшетом в руках и строгим выражением лица. Им предстояло сверить уже высаженные растения с цифровой моделью, чтобы не было расхождений.
Увидев вдалеке Алекса, который что-то объяснял прорабу, Кристи непроизвольно улыбнулась и, поймав его взгляд, легко помахала ему рукой. Он прервал свое объяснение, кивнул в ответ, и на его лице на мгновение появилась такая же открытая, теплая улыбка, как вчера на закате. Этот короткий, почти незаметный обмен приветствиями был полон какого-то нового взаимопонимания.
— О, смотрите-ка, к нам пожаловало всё начальство, — раздался рядом громкий, полный фамильярного веселья голос.
Марк, появившийся словно из-под земли, уже вовсю жестикулировал, приветствуя их. Его приветствие было обращено ко всем, но взгляд упрямо цеплялся за Лизи. Он помахал ей с преувеличенным энтузиазмом, словно сигналил самолету на посадку.
Лизи закатила глаза так выразительно, что, казалось, это можно было услышать.
— И этот клоун здесь, — прошипела она так, чтобы слышала только сестра. — Надеюсь, мой сектор в другом конце света от этого цирка.
Они углубились в работу, сверяя планы с реальностью. Лизи была в своей стихии — деловитая, точная, делающая пометки на планшете. Кристи, хоть и была поглощена процессом, краем глаза отмечала, где находится Алекс, и каждый раз, когда их взгляды случайно встречались, по ее телу пробегала легкая волна тепла.
Работа близилась к завершению, когда к ним направились Алекс и Марк. Алекс выглядел уставшим, но довольным, его рубашка была закатана по локоть, открывая загорелые предплечья.
— Ну что, как успехи? — спросил он, обращаясь к обеим, но его взгляд задержался на Кристи.