Я решаю проникнуть в разум Гильберта, чтобы узнать, что его так пугает, но он резким движением отмахивается, словно отгоняет назойливую муху. Этот жест красноречивее любых слов — ясно дает понять, что не стоит копаться в его мыслях.
— Дайман, — выплевывает он имя, словно яд. — Этот одержимый маньяк выследил ваш мир и уже дышит вам в затылок! Он жаждет только одного — стереть вас с лица земли! У него кровавые счеты с правительством, а вы… вы — их самый ценный проект.
— Похвальная храбрость, — усмехаюсь я. — Если он так отчаянно хочет помериться силами, будет невежливо отказать ему в такой возможности.
Гильберт нервно оглядывается по сторонам, теребя пухлыми пальцами галстук.
— Энферди, ты не понимаешь! Это не тот Дайман, которого ты знал! Он превратился в безжалостную машину для убийства! Когда я видел его в последний раз…
— Договаривай, — Фнелс подходит ближе, в ее голосе звучит напряжение. — Что ты видел?
— Да какая разница?! — голос Гильберта срывается до крика. — Он окончательно спятил! Бегите, пока еще есть шанс! Он не успокоится, пока не искупает свои руки в вашей крови!
— Окружите портал! — командую я сверхбогам властным голосом.
— Ох, Энаферди, ты все такой же… театрал, — раздается за моей спиной до боли знакомый голос, в котором насмешка переплетается с ленивым превосходством. — Зачем весь этот спектакль? Я просто зашел через черный ход.
Резко оборачиваюсь и замираю перед величественным видом моего давнего врага. Седовласый исполин неспешно приближается ко мне, его доспехи из небесного серебра сверкают в ярких лучах света. Каждый шаг Даймана пропитан безжалостной уверенностью: сама земля содрогается под его поступью. В правой руке он сжимает огромный меч, сверкающий грозным сиянием, но настоящая дрожь пробегает по моей спине, когда я замечаю, что он демонстративно держит в левой руке. Сердце пропускает удар: это ключ-печать — древний артефакт, способный открыть тайный вход в мой мир.
— Проклятие! — в отчаянии ревет Гильберт, судорожно пятясь к порталу. — Все, прочь отсюда! Бегите, пока еще можете!
— Любопытно, — начинаю я диалог с Дайманом, ощущая, как внутри закипает ярость. — Как тебе удалось заполучить ключ-печать? Я прятал его так, что сам дьявол не нашел бы. О нем знали только я и...
— Твой драгоценный Ксавьер! — Дайман откидывает голову назад и хохочет, словно услышал отличную шутку. — Этот гений-самоучка, которому ты так слепо доверял. Хочешь услышать грязные подробности его двойной игры, а?
Слова Даймана бьют под дых. Ксавьер — предатель? Невозможно. Тот, кто подарил мне вторую жизнь в лаборатории, кого я почитаю как родного отца… Дайман всегда был искусным лжецом и манипулятором. Он хочет опорочить Ксавьера в моих глазах. Сколько раз он пытался убить его, и каждый раз я успевал предотвратить эти замыслы.
— Какого черта ты здесь забыл?! — рычу я телепатически, едва сдерживаясь, чтобы не разорвать его на месте.
— Ха! — Дайман картинно раскидывает руки, небрежно поигрывая ключом. — Явился потому, что мне так захотелось, ясно? И вообще, хватит допрос устраивать — лучше скажи, где тут можно раздобыть нормального пива?
Он демонстративно оглядывается и кривит губы в издевательской усмешке:
— Да уж, местечко — полный отстой.
— Убирайся отсюда, пока я не вырвала твое сердце! — кричит Нлаггис, охваченная яростью.
— Что ты сказал, червь? — глаза Даймана сужаются до опасных щелей. Он движется к Нлаггис, излучая смертоносную угрозу каждым движением своего могучего тела, и добавляет:
— А-а, так ты из этих… — цедит он с убийственным презрением. — Бракованная пародия на человеческий облик!
Меня передергивает от невыразимого отвращения. Я могу вмешаться, но решаю этого не делать.
Нлаггис создает пульсирующий кроваво-красный сгусток чистой смерти и заносит руку для сокрушительного удара, от которого даже воздух вибрирует.