— Где Араши?
Игнорируя все правила дорожного движения и скоростные ограничения, кортеж с Дайичи добрался до главного офиса за двадцать минут. У входа его уже ждал помощник и начальники отделов.
— Остановка? — спросил Дайичи, беря небольшую папку и на ходу просматривая отчет.
— В настоящее время задействовано несколько наших оперативных подразделений, — помощник шел следом, заглядывая через плечо в папку, чтобы быть в курсе того, какую тему просматривает директор. — Сферу удалось благополучно разрушить. Сейчас там работает научный отдел. Вот распечатка телефонного разговора с командиром оперативной группы.
— Состояние группы?
— Новичок получил травму средней тяжести, — он сверился с электронным органайзером. — Остальные отделались незначительными ранами. Ожидаем их прибытие в наш медицинский центр через двадцать минут.
— Что со спектром?
— Полный доклад от группы еще не поступал, но по предварительным данным он не пострадал. Да, еще… — помощник занервничал. — Командир оперативной группы прибыл. Он ожидает приема. Я предложил ему направиться в медицинский центр, но он меня не слушает.
— Как вы объясните вот это? — спросил Дайичи у представителя научного отдела. Он постучал пальцем по данным в папке.
— Дело в том… — тот явно нервничал. — Наши приборы ничего не фиксировали до самого последнего момента. Мы хотели провести дополнительные измерения, но вмешались военные. Они использовали какое-то новое исследовательское оборудование. Возможно, они все знали и поэтому отказались брать операцию на себя.
— Опять военные, — Дайичи вошел в приемную, где его уже ждал Нико. Он вздохнул и кивнул, чтобы тот заходил в кабинет. — Как только будут получены первые данные из медицинского центра, сразу же доставить их мне.
Он вошел в кабинет, кидая папку с отчетом Нико и усаживаясь в свое кресло.
— Знаю, знаю, — Дайичи развел руками. — Облажались мы по полной программе, можешь не говорить. Похоже, военные специалисты опять нас обставили. Лучше скажи, почему не прервал операцию?
Я медленно открыл глаза. Даже после сна усталость и слабость в теле осталась. Я сел на кровати, оглядываясь по сторонам. В небольшой палате кроме меня никого не было. На стуле рядом с койкой лежала сумка с вещами, которую я оставил в особняке Араши. Переодевшись, я осторожно выглянул из палаты.
— Такеши, — голос Осаму раздался у самого уха. От неожиданности я аж подпрыгнул. — Что у тебя за черта, никогда не ждать полного выздоровления. Мог бы полежать еще.
— Так я же здоров, — я осмотрел коридор, по которому сновали медсестры и врачи в белых халатах. — Только слабость в теле.
— Ну, то, что здоров, это мы уже выяснили, — Осаму уловил мой взгляд. — Беспокоишься за остальных?
— Ага, — я кивнул.
— Пойдем, — Осаму повел меня к соседней палате.
В соседней палате я обнаружил Ренжиро и Кано. Кровать, на которой лежал Кано, была сложена так, чтобы он мог сидеть. Весь перебинтованный он выглядел смешно. На краю его койки сидел Ренжиро, что-то рассказывая ему. Как и Кано он был перебинтован, но выглядел не в пример бодрее.
— Оу, Такеши, — обрадовался Ренжиро. — Проснулся. Как самочувствие?
— Нормально, а у вас?
— В порядке, — Ренжиро согнул замотанную в бинт руку. — Я когда бреюсь, режусь сильнее.
— У Кано растяжение связок, — уточнил Осаму. — Ренжи мы бы уже выписали, но держим его тут за компанию.
— Вот, вот, — недовольно сказал тот. — Совести у вас нет. Вы любого здорового человека залечите.
— А где остальные?
— В главном офисе. Разбирают операцию, да отчеты пишут, — хмыкнул Ренжиро.
— Ладно, оставим их тут, — Осаму потянул меня к выходу. — Пойдем, тебя там уже дожидаются.
— Кто? — спросил я, выходя из палаты. Сзади послышался дружный хохот.
— Не реви, — Кен стоял рядом с сестрой, скрестив руки на груди. — Поздно реветь. Я тебе говорил, надо было действовать решительнее, пока была возможность.
— Я только хотела… — Ханако тихо всхлипывала, пряча глаза. — Он и сегодня не вернулся.
После того, как Такаши не появлялся в школе несколько дней, Кен с сестрой решили навестить его, узнать, не заболел ли он. Новенькие девчонки Араши и Ами так же в школу не ходили. Учитель говорил, что звонил опекун Ами, сказал, что она заболела, и несколько дней не будет посещать занятия.
Дома Такеши не оказалось. Тетя Этсу сказала, что он уехал по делам в Киото. Ничего страшного не произошло бы, но Кен как назло рассказал на днях, что слышал, как кто-то сплетничал о Араши. Говорили, что она уехала по семейным делам домой, а жила она, как раз в Киото.