— Пойдем, — Рокуро хлопнул себя по коленке и встал. — Угощу тебя такояки. Думаю, к ближайшему времени они все равно не закончат.
— Мне принесите, — сказал Кен, не отрывая взгляда от Араши. Та демонстрировала короткое вечернее платье. — Я тут подожду.
Зачем им понадобились подобные платья, я мог только догадываться. В довольно откровенном кремовом платье, Араши смотрелась очень красиво. Как-то даже по-взрослому. Она уловила мой взгляд и на секунду смутилась. Я опомнился и поспешил к выходу.
Солнце уже давно село, и город озарился светом разноцветных фонарей, ярких вывесок и витрин магазинов. После десяти часов музыка в открытых кафе стихала, зато открывались ночные клубы. Из одного такого клуба, расположенного в подвале напротив, приглушенно доносились ритмичные удары барабанов.
Мы пробились через поток людей к небольшой палатке с изображением осьминога в косынке повара. Продавец жарил такояки на большой плите со специальными выемками. Небольшие шарики из теста с кусочками осьминога он ловко переворачивал длинной тонкой палочкой, затем укладывал их в пластиковые коробочки.
Я хотел спросить, правда ли то, что все продавцы такояки на таких вот лотках, якудза, но вовремя опомнился. «Такое бывает только в манге или в кинофильмах про мафию», — улыбнулся я про себя.
— Подходи, подходи, — зазывно кричал продавец.
— Дайте две коробочки, — сказал я, мимоходом глянув на цену. Раза в три дороже, чем у нас дома.
— Рокуро?! — удивился продавец, подаваясь вперед. — Ты ли это?
— Хм, — Рокуро прищурился, вспоминая высокого, худощавого продавца. — Куро?
— Куро! — закивал продавец. — Сколько лет, сколько зим? Какими судьбами у нас.
Передо мной тут же появилась тарелочка такояки с особой приправой в небольшом блюдце.
— Да так, — Рокуро присел рядом со мной, доставая сигарету, но прикуривать не стал. — Выбрались на отдых. А ты, я смотрю, насовсем перебрался в город вечного лета?
— У нас здесь хорошо. Лишние люди не беспокоят. Да и глава дома человек адекватный, — он продал пару коробочек такояки подошедшим девушкам, успев улыбнуться и подмигнуть каждой. — А ты все там же? В Киото?
— Недавно перебрались поближе к центру.
— Токио? — удивился Куро. — Однако…. Слушай, если ты здесь, значит…?
— Ага, — кивнул Рокуро, убирая сигарету.
— А я-то думаю, откуда столько шуму в нашем тихом городке.
— Тихом? — хмыкнул Рокуро. — Когда это курортные города были тихим местом? Такеши, поел?
— Угу, — я кивнул, закидывая в рот, горячий шарик. — Пофлевний. Уф, горяфе.
— Увидимся, — Рокуро кивнул и потянул меня обратно к бутику, прихватив пару коробочек для девушек и Кена. Денег он не оставил.
— Твой друг? — спросил я. Оглянувшись, я столкнулся с взглядом Куро.
— Друг? — переспросил Рокуро. — Нет. Просто увидел его ошивающимся возле нас, вот и решил выйти поздороваться.
— А, — кивнул я, абсолютно не понимая, что этим хотел сказать Рокуро. — Кстати, имена у вас похожи, — я рассмеялся.
— Немного, — задумчиво ответил он.
Девушки уже ждали нас у автомобиля. Ами надела длинные узкие джинсы и блузку. Араши стояла в коротких шортах и майке. Ханако же остановила свой выбор на легком голубом сарафане с широким поясом, стягивающим ее на талии.
Я поднял большой палец вверх, улыбаясь глядя на девушек.
— Вам очень идет, — кивнул я.
Ханако залилась краской, смущенно опуская глаза. Араши только хмыкнула, а вот Ами с восторгом бросилась ко мне, намериваясь повиснуть на шее.
— Ами! — В один голос заявили девчонки и потянули ее от меня за длинный платок, привязанный к поясу.
— Поздно уже, — сказал Рокуро. — Может, в гостиницу?
— В гостиницу, — согласилась Араши.
Глава 11
Гостиница, куда нас поселили, была огромной. Двенадцатиэтажное здание, состоящие их двух корпусов, было построено в виде полукруга. От гостиницы до пляжа было пять минут пешком, и я был уверен, что из верхних этажей открывался неплохой вид на океан. За гостиницей располагался огромный бассейн, несколько теннисных кортов и небольшой парк. Это все, что я успел разглядеть, когда мы проезжали мимо. Больше всех выделялся бассейн, подсвеченный синими и желтыми огнями.
Как только мы остановились у входа, к нам сразу же поспешил швейцар.
— Вот эти вещи в семьсот двадцатый номер, — указала Араши. — А вот эти в семьсот двадцать первый.
Швейцар, получив на чай крупную купюру, козырнул, загрузил все вещи на тележку и умчался к служебному лифту.