Нико же дрался в более быстром темпе. Своим копьем он непрерывно атаковал противника. Он, то резко прыгал вперед, то скользил в сторону, пытаясь достать его лезвием. Но и его противник не собирался сидеть в обороне, время от времени переходя в контратаку, тесня Нико.
Кано, со своим противником странно кружили на одном месте, не делая никаких попыток скрестить оружие. Его противник держал в руке длинный обоюдоострый меч, выставив клинок вперед. Кано же, поднял свой меч немного выше, занося лезвие над собой.
У Араши все было в точности как у Юки, только наоборот. Ее противник пытался пробить защиту девушки, атакуя короткими сериями и тут же отступая назад.
– Не тяни, – подтолкнул меня к сфере Осаму.
И опять же, как ее разрушить, никто не сказал. Я попытался дотронуться до сферы. Ладонь обожгло резкой болью. Я отдернул руку.
Кано медленно обходил противника, в уме он наносил удары и видел, как противник будет их блокировать. Если удар будет блокирован, значит, нет смысла его наносить… Одновременно с этим он просчитывал, как противник наносит ему удары, и как он их обивает. По малейшему изменению положения меча он видел все намерения противника.
«Силен», – думал Кано. – «Действительно силен. Но я сильнее».
Глядя, как он смещает центр тяжести меча, Кано уже знал, как тот решил атаковать. Он специально повел мечом в противоположную сторону, давая противнику шанс напасть первым.
«Вот!». Противник сделал резкий выпад. Снизу-вверх, из мертвой зоны Кано. Но… Кано ждал этого удара, он выгнулся, разворачиваясь изо всех сил. Меч противника просвистел в паре сантиметров от него. Движение меча Кано, противник не рассчитал. Кано ударил по широкой дуге, так же снизу вверх, добавив к скорости меча инерцию вращения тела.
Со стороны это выглядело так, как будто они одновременно атаковали друг друга. Оба меча снизу-вверх рванулись навстречу противнику. Только Кано успел вывернуться, а вот его противник нет. Его меч выскользнул из руки, и улетел в ближайший бассейн, гулко звякнув о бетон.
Меч Кано глубоко, по косой, вошел в тело противника, пробив кожаный доспех и застряв в нагрудной пластине. Солдат пошатнулся, и завалился на бок. Кано вытащил меч и столкнул тело в пустой бассейн.
Он огляделся. К этому времени Юки уже успел разобраться со своим противником, который лишился руки на пару секунд раньше жизни. Кано не ожидал от него такой прыти и жалел, что он не видел весь поединок.
Юки уселся рядом с Ренжиро, наблюдая за оставшимися поединками. Такеши все еще возился с ядром. Он уже не пытался коснуться рукой сферы, просто смотрел внутрь нее. Кано вернулся к остальным, протирая свой меч заранее запасенной тряпкой.
– Нет, определенно надо было брать щуплого, – сказал Юки, глядя на противника Араши. – Хорош, гад.
Противник Араши явно превосходил ее по скорости. В технике он, может и уступал, но вот попасть по нему Араши не могла. А ему удалось пару раз полоснуть ее по левой руке.
– Может, помочь ей? – спросил Кано.
– Нет, – Юки, смотрел уже на поединок Нико. – Она специально тянет время. Вот, давно пора уже.
Араши отбросила длинный меч, вытащив вместо нег о два коротких. Кано удивленно посмотрел на нее. «Менять оружие во время боя?». К тому же, против длинного клинка ее короткие будут менее эффективны. Но с ними она начала двигаться куда проворнее. Теперь инициатива была на ее стороне.
Короткими клинками она не блокировала меч противника, а просто отводила его в сторону, заставляя того делать слишком длинные замахи. На одном из таких замахов она его и подловила. Контратаковала молниеносно, нырнула под удар, всаживая оба клинка в грудь противнику с такой слой, что они вышли из его спины. По инерции, ее противника крутануло на месте, и неуклюже завалился на пол, отшвыривая меч.
К тому времени Нико свой бой уже завершил. В коротком прыжке навстречу противнику, он провел удачную атаку, пробив того навылет. Тела павших начали медленно растворяться.
– Сейчас новые пойдут, – спокойно сказал Юки.
– Опять? – удивленно спросил Кано.
– Опять.
В воздухе, в дальнем конце помещения засветились четыре вертикальные полосы света. С негромким хлопком пространство разорвалось, и сквозь разрыв начали переходить новые солдаты. По двое на каждый прорыв.
– Ну вот, – Юки встал и отряхнулся.
– Ха! – На выдохе крикнул Такеши, о котором все временно забыли.
Он с силой вогнал левую руку прямиком в сферу, при этом кривясь от боли, с силой сжимая челюсти. По его руке побежали желтые всполохи пламени. Затем он так же резко выдернул руку обратно, что-то сжимая в кулаке. Ядро загудело. Свет в помещении начал меняться, прыгая от одного цвета к другому. Затем, она неожиданно для всех оглушительно взорвалась, отбрасывая Такеши к стене. В помещении стало непроглядно темно.
– Держись пацан! – знакомый голос с трудом пробивался ко мне.
Я потряс головой, пытаясь сбросить неприятное ощущение вращающегося вокруг меня мира. Странно, но пошевелиться у меня не получилось. Перед глазами медленно плыли яркие пятна. Левая рука отдала неприятной режущей болью. Сверху что-то затрещало, и мне на лицо посыпался песок. От неожиданности я закашлялся, пытаясь повернуться. Бесполезно. Что-то плотно придавило меня к земле.
– Эй! – хрипло выдавил я, как можно громче.
Сверху начали пробиваться лучики света. Кусок плиты, который прижимал меня к земле, аккуратно сдвинули. Совсем рядом что-то рухнуло, послышались ругательства. Меня второй раз засыпало пылью и песком.
Откапывали меня осторожно. В свете факела, разрушенный свод и стены небольшого помещения смотрелись ужасно. Центральная часть зала почти полностью обвалилась. Осаму осмотрел меня и кивнул, оставшись доволен результатом.
– Руки, ноги целы. Кости, вроде, тоже, – он осматривал мою левую руку.
Кожа на предплечье частично обгорела. От вида почерневших участков кожи меня замутило. Рукав куртки оплавился и местами прилип к коже. Тыльная сторона кисти пострадала не меньше, но не от ожогов, а от чего-то непонятного. В нескольких местах кожа полностью отсутствовала, срезанная ровными прямыми линиями. В ладони я сжимал металлический диск, сантиметра три в диаметре. Вокруг него кожа покраснела и покрылась волдырями.
– Лучше не смотри, – посоветовал Осаму. – Глаза подсказывают сознанию, что рана намного болезненнее и страшнее чем есть на самом деле.
Он быстрыми движениями перемотал руку, предварительно присыпав каким-то белым порошком. Рассечение на затылке забинтовывать не стали, просто замазали густой мазью.
Остальные отделались незначительными царапинами и ушибами. У Араши, левое плечо было перебинтовано. Вроде бы ничего страшного, но выглядела она совсем наоборот. Я прохромал к ней, вопросительно глядя на руку.
– С тобой все в порядке? – спросил я.
– Получилось? У тебя ведь получилось, да? – скорее констатировала факт, чем спрашивала она. – Почему? Ненавижу!
Она отвесила мне пощечину, резко развернулась и убежала в тоннель. Я проводил ее удивленным взглядом, потирая щеку.
– Не понял? – сказал я вслух.
– Не обижайся на нее, – Юки положил мне руку на плечо. – Просто, у нее на то свои причины.
На поверхность мы выбрались перед самым восходом. Солнце еще не появилось, но небо уже просветлело, постепенно скрывая звезды. Я полной грудью вдохнул свежий воздух. Голова немного гудела, и очень хотелось спать. Район наполняли звуки серн пожарных и машин скорой помощи. Сфера исчезла, следовательно, все спасательные службы города направились в район, чтобы оказать помощь пострадавшим. Как говорил Нико, большинство людей отделаются только небольшим шоком. Больше всего не повезло тем, кто попал в аварию, так как им долгое время не могли оказать медицинскую помощь.
Нам пришлось идти от коллекторов до дороги, прежде чем нас подобрали. Меня посадили в отдельную машину, судя по расположению кресел, специально предназначенную, чтобы вывозить раненых. Вместе со мной поехал Осаму. В машине он еще раз перебинтовал мою руку, на сей раз намазав ожоги дурно пахнущей мазью. Поврежденную кожу на запястье он пока не трогал.