– Милорд.
– Где? – переспросил я, оглядываясь. Вокруг меня все было точно так же как и вчера. Небольшая комната на американской базе….
Де меня начало постепенно доходить, и я повернулся к окну, свет от которого слепил меня. Морико откинула вторую шторку, прошла к кровати и протянула мне одежду. Кроме нас в комнате никого не было. Я вопросительно посмотрел на нее. Она так же вопросительно посмотрела на меня.
– Мерещится же с утра, – облегченно вздохнул я. – Так. Стоп! Морико, ты почему здесь? А да, ты же не говоришь по-японски.
– Почему не говорю? – удивилась она. – Я ведь родилась и выросла в Ибараки, Канто.
– А?! – я шокировано уставился на нее, забыв об полуодетой футболке.
– Милорд, вам помочь? – она потянулась к футболке.
– Нет, нет, – я моментально натянул одежду. – Это я сам. Но ведь ты раньше не говорила на японском. Вы с Ами говорили на каком-то странном шипящем языке.
– Я сочла необоснованным показывать врагу знание его языка, – спокойно ответила она. И добавила. – Милорд.
– И хватит меня называть милордом! – возмутился я. – Это еще с какого перепугу?
– Разрешите на чистоту, милорд? – она захлопала ресницами, подсаживаясь ближе.
– Это… давай, – я на всякий случай отстранился, отодвинувшись на другую сторону кровати.
– Я переговорила с госпожой Ами. Она мне рассказала плачевную ситуацию, в которой вы оказались, – она кивнула, скрестив руки на груди. – Я считаю это недопустимым.
– А, – я облегченно выдохнул. – Ничего страшного. Прорвемся как-нибудь.
– Куда? – не поняла она.
– Ну, я образно говорил, – засмеялся я. – Это такой оборот речи.
– Так вот, – она откашлялась. – Я узнала, что у милорда нет вассалов. То есть я единственная, кого милорд принял в свой дом. Поэтому я взяла на себя обязанности….
– Стоп! – резко остановил я ее, чувствуя, что еще немного и моя «крыша» меня покинет. – Давай обо всем, что ты там говорила, только с самого начала.
– Такеши, – жалобно сказала Ами, входя в комнату. Она плюхнулась на кровать, схватила меня за руку и потянулась за одеялом. – Спокойной ночи.
– Какая непозволительная трата сил, – нахмурилась Морико, переводя взгляд с Ами на меня. – Так вот….
– Такеши! – Катрин ворвалась в комнату с не менее жалостливым воплем, чем Ами. Она указала на Морико. – Она меня к тебе не пускала.
– Милорд спал, – спокойно ответила Морико на английском без всякого акцента.
– А! Опоздала! – в комнату вошла Ханако и с таким же недовольством, как и Морико, уставилась на девушек, устроившихся рядом со мной.
– Проходи, – я долго выдохнул. – Как самочувствие?
– Спасибо. – Она села на свободный стул. – Спасибо что вытащил нас.
– А как Намико?
– Она сейчас завтрак готовит.
– Милорд, – вмешалась в разговор Морико. – Как я уже говорила, ваше положение тут просто ужасающее….
– Кстати, вы уже в курсе, что она говорит по-японски? – наклонился я к Ханако.
– А она не должна? – шепотом переспросила Ханако. – Она еще утром подняла нас, долго говорила с Ами, потом еще к тебе не пускала. Кто она?
– Кхм, – Морико кашлянула пару раз, недовольная тем, что ее прервали. – Как ваш первый и пока единственный вассал, я беру всю ответственность о вашей безопасности на себя. И если вы позволите, для меня будет счастьем вести ваши дела.
Мы все, не сговариваясь, уставились на нее, пытаясь понять вышесказанное.
– Это что? – тихо переспросила Ханако. – Кто она? Вассал? Вы что в рыцарей и королей в детстве не наигрались?
– Я тоже не совсем понимаю, о чем она. Морико поясни, пожалуйста.
– Пояснить что?
– Что там про вассала и мою безопасность?
– Вчера милорд предложил мне свое покровительство и вернул имя, – как само собой разумеющееся ответила она. – Служение императору не приносило мне истинной радости, поэтому я приняла ваше предложение. Теперь я больше не «вызывающая императора» а ваш покорный вассал.
– Ами? – я перевел взгляд на нее.
– Ничего про это не слышала, – она пожала плечами. – Я покинула свой мир, когда мне было девять лет. У нас дома разговоры о вызывающих не очень приятная тема для общения. Я всегда считала, что они немного другие.
– Бездушные монстры на службе императора? – улыбнулась Морико. – Именно такие, как ты и сказала. Правила не позволяют нам выражать свои эмоции. Наследник императора, с его разрешения, может взять к себе любого вызывающего. Можно и без спроса, но это расценивается как заговор и карается смертью. Ни один вызывающий не пойдет на это.