И опять мне показалось, что Хаку немного сдерживался. Обычно он был более агрессивен в атаках, а тут либо не считал своего противника достойным, либо старался скрыть свою силу до последнего боя.
– Ха, никто против так и не поставил, – язвительно заметил Зоджич. – Ничего, в последнем бою ставки будут высоки, – он снова ушел в раздумья.
– Зря он тянул до последнего, – Нико сидел с хмурым выражением лица. – Надо было заканчивать раньше. Неужто потянул запястье?
– Вряд ли, – Ренжиро, напротив, улыбался. – И все же, что за детский сад они тут собрали. Да я бы один разогнал половину всех бойцов, вместе взятых.
– Хаку повезло, что этот самый детский сад попал к нему в противники, – все еще хмуро продолжил Нико. – Тот, в красных доспехах доставил бы ему немало проблем.
– Что да, то да, – согласился Ренжиро. Боец, про которого говорил Нико, по силе мог тягаться с любым из отряда. Случись выйти с ним в открытом бою, Ренжиро не был уверен, что смог бы выйти невредимым. – Эка его дед уделал ловко.
– Хаку победит, – вставил Юки. – Главное, чтобы не подставился в следующем бою.
Группа расположилась недалеко от выхода с арены, самым наглым образом потеснив несколько благородных особ, наблюдавших за поединками. Вид отсюда открывался вполне сносный. Что же касается везения, то Хаку выпал на один бой больше, чем его противникам. Сейчас должна была идти еще одна пара финалистов, но из-за серьезного ранения один из них скончался до начала поединка, поэтому Хаку предстояло провести три боя подряд. Один из них он завершил удачно, не потратив много сил, а вот второго противника так просто было не одолеть.
Молодой парень, лет двадцати, дошел до полуфинала с поразительной легкостью. Его оружие напоминало нагинату, но имело более изогнутое, почти серпообразное лезвие. Очень неудобный противник для тех, кто никогда с подобным не сталкивался. Предыдущий бой он закончил, срезав голову соперника.
Хаку терпеливо ждал, пока молодой парень займет позицию напротив него. Лучшим способом победить, как и в других боях, было подойти и сделать выпад, целясь в руку. В любом случае надо было подойти как можно ближе. Парень ждал подобной атаки и атаковал встречным ударом, целясь в грудь, но Хаку сделал короткий шаг в сторону, и изогнутое лезвие копья прошло рядом, поднимаясь выше над плечом. В следующее мгновение противник рванул копье на себя, намериваясь обратной стороной ранить его в шею или в плечо. Одновременно с этим Хаку глубоко наклонился вперед, делая широкий взмах, выставляя руку с мечом как можно дальше.
Обе атаки слились в одну. Казалось, что Хаку подныривает под удар, готовый упасть на землю, но в последний момент его меч ярко сверкнул, разрубая противнику ногу чуть выше колена.
– Араши, сломаешь мне руку, – Ренжиро положил ей ладонь на плечо. Переживая за Хаку, она так сильно вцепилась в его руку, что на ней остались красные следы от пальцев. – У нашего лысого друга куда больше опыта в подобных схватках. Запоминай, в будущем обязательно пригодится.
– Шаг вперед, наклон, широкий удар, я знаю эту технику…
– Знать, и уметь применить, разные вещи, – наставительно сказал Нико. – Когда используешь нагинату против меча, нужно ждать подобный выпад в любой момент. Хаку рисковал потерять руку, но этот риск был оправдан.
С подобной раной продолжать бой было невозможно. Надо отдать парню должное, держался он стойко, первым делом перетянув рану узкой полоской ткани. При правильном лечении ногу можно было спасти, но вот работать, как раньше, она уже никогда не будет. Настаивать на обязательном убийстве противника никто не стал, поэтому двое помощников организатора турнира помогли парню уйти с арены, а еще один, уже в который раз засыпал кровь мелким песком, собирая его лопатой в большое деревянное ведро.
– В финальном бою все решит один удар, – сказал Нико, глядя на старого мастера, поднимающегося на арену.
Сейчас Хаку казался намного собранней, чем в предыдущих боях. Он поменял стойку, поворачиваясь к противнику почти боком. Меч он держал тоже странно, режущей кромкой вверх, развернув запястье. Из подобного положения можно было сделать лишь прямой выпад. Со стороны могло показаться, что он открывает противнику свои намерения, но Нико знал, что из подобной стойки Хаку мог ударить практически в любую часть тела, а если подключить вторую руку, то атакующий рисковал потерять кисть, если будет не слишком расторопен.