Когда между магом и Араши оставалось несколько шагов, она атаковала первой. Короткий рывок и она оказалась рядом с ним, атакуя прямо в лоб. Их мечи несколько раз встретились, со звоном ударяясь друг о друга, но ни одна из ее быстрых атак так и не достигла цели. Перехватив инициативу, маг сам перешел в атаку. Он был явно сильнее физически, при этом, не уступая в скорости. Такеши к этому времени, оббежав место сражения, приближался к Перри.
Недовольно цыкнув, Хаку поправил запасной меч и пошел прямо на мага. Их бой с Араши подходил к концу, причем не в ее пользу. Очередным ударом он едва не выбил оружие из ее рук, успев нанести вторым мечом удар в плечо, сбив на землю. Хаку вклинился между ними в самый последний момент, отводя удар мага и даже оттеснив его на шаг.
– А ну, барышня, посиди-ка в сторонке, – еще пару выпадов и маг попятился, едва не пропустив колющий удар прямо в голову.
Противник был действительно хорош. В каждом его ударе чувствовалась нечеловеческая сила. Когда очередная атака мага едва не снесла ему голову, Хаку охватило чувство эйфории. Биться с сильным противником, вот что заставляло его сердце стучать чаще. Он искренне радовался этой возможности, на секунду забыв даже о происходящем вокруг. И чем больше он втягивался в бой, тем больше проявлялось чувство разочарования. Что-то в противнике было не так. Какие-то неуверенные атаки, невнятные выпады. Казалось, что недостатки в технике он пытается компенсировать скоростью.
Из-за такого разочарования, Хаку становился все более раздраженным, а его удары резкими и грубыми. Поймав противника на очередном замахе, он тут же ударил вниз, скользя по клинку. Короткий выпад в плечо маг отбить уже не мог, и в следующую секунду Хаку ударил его острием клинка в висок. Хлестким движением он стряхнул кровь с меча и убрал его в ножны.
Весь поединок занял не больше двух минут, но за это время на поле боя произошли довольно существенные изменения. Основная часть команды успела вступить в сражение с подоспевшими гвардейцами, а Араши и Морико вместе наседали на второго мага, пытавшегося разрушить установленную сферу. Такеши же умудрился получить серьезное ранение в бок, при этом, совсем не преуспев в битве с Перри. Назвать это боем, наблюдая со стороны, не поворачивался язык. Такеши пытался атаковать врукопашную, бросаясь на Перри, но тот не подпускал его близко к себе, легко отшвыривая при помощи воли.
В очередной раз, отбросив Такеши на несколько метров, Перри перевел взгляд на Хаку и своего поверженного телохранителя. В его взгляде читалась досада. Он наставил свою короткую шпагу в их сторону, и в Хаку что-то ударило с такой силой, что отбросило метров на десять, впечатав в металлический отбойник. На секунду в его глазах потемнело, а когда неприятные ощущения начали рассеиваться, над ним уже склонился Осаму.
– Ты как?
– В порядке, – он на секунду замолчал от боли в боку. – Пацан как?
– Старается, – Осаму кивнул в сторону дороги.
– Дай мне обезболивающего…
– Без тебя справимся, – раздался откуда-то сзади голос Араши. – Полежи лучше в сторонке, лысый.
– Что?! – возмутился Хаку и зашипел от резкого движения. Осаму помог ему сесть и сделал укол в руку. Боль немного утихла, но появилось неприятное пьянящее чувство. Он хотел было еще высказаться в адрес Такеши, но передумал.
Что заставляет человека сражаться, когда уже не осталось сил, подниматься снова и снова, невзирая на боль? Я не знаю ответ на этот вопрос. Когда ты повержен на землю, сложно собраться с мыслями и толком подумать, зачем тебе вставать. Трудно даже вспомнить, ради чего ты сражаешься. Но ты упрямо встаешь, скрипя зубами от боли и снова идешь в бой.
– Я просто слабак, – странно, что я улыбнулся этому заявлению. Рана в боку уже не болела, я ее даже не чувствовал.
Фламонт как-то сказал мне, если я и дальше буду использовать волю императора, то я никогда не смогу справиться с ним. И я обещал больше не прибегать к ней, сражаясь с другими наследниками.
– Я обещал, – выдохнул я, ловя взглядом фигуру Перри. Почему-то это далось с трудом.
Видимо, ему еще не надоело швырять меня, приближаться он не спешил. Не знаю, что за атаку он применял, но она застала меня врасплох. Концентрируя на острие шпаги энергию, он выстреливал ей с такой силой, что она пробила мою защиту на вылет. К тому же, рассеять такую атаку было трудно.