Странный человек был этот Лойд. Очень хитрый. Сначала все расспрашивал, кто мы такие, откуда бежим, зачем, куда. Очень удивлялся, когда я говорил, что мы дрались с наследником императора. Я, правда, не говорил, что мы победили. Я старался не врать, но и правды говорил мало. Не доверял я ему. Зато он говорил охотно. Как они воюют с империей, как гибнет их город, как гибнет мир.
Первый день я очень переживал за команду. Что с ними стало, я не знал до позавчерашнего дня, пока не почувствовал Морико в городе. Вот и сейчас она снова появилась рядом со зданием.
– Наверняка волнуются, – вздохнул я. Мирани лишь фыркнула.
Мы бы выбрались раньше, но рядом с камерой был установлен какой-то прибор, который не позволял сосредоточиться, чтобы использовать смещение. А еще он препятствовал нормальному восстановлению сил. Поэтому и настроение у моей сокамерницы было скверное. Она говорила, что еще никогда не была столь беспомощной.
Мирани положила руку мне на лоб, недовольно качая головой. Температура, поднявшаяся вчера вечером никак не хотела падать.
– Что за бардак твориться у тебя внутри? Ты убьешь себя быстрее, чем сдержишь свое обещание.
– Я что-нибудь придумаю…
– Уж постарайся, – прервала она меня, уперев руку в грудь, мешая встать.
– Честное слово, я бы лучше сквозь парадную дверь вошел, – Ренжиро неуютно переминался с ноги на ногу.
– Вечно ты ворчишь по всяким пустякам, – отмахнулся Юки.
– Увидим, как ты запоешь, когда окажешься там. Это не прыжки с парашютом, тут привыкнуть труднее.
– Сам-то всего один раз смещался, а строишь из себя специалиста.
– Ближе, – Морико, сжала в одной руке гильзу с зарядом жизни, в другой ладонь Нико. Ренжиро и Юки положили свои руки поверх, и отряд тут же исчез.
– Наставник Лойд, – на большом экране в комнате наставника появилось изображение офицера службы безопасности. – Проникновение в главное здание. Четверо преступников. Предположительно: разыскиваемые дезертиры.
– Любые действия на ваше усмотрение, – спокойно отозвался Лойд.
Он давно заметил вызывающего, появлявшегося несколько раз у здания. Не остался незамеченным и их варварский способ перемещения. Можно было не сомневаться, что они спешили на выручку своим хозяевам. Лойд никак не мог понять, кто же попал к нему в руки. Девушка, Мирани, наверняка наследница их императора. Не слишком сильная, возможно даже не входящая в число прямых претендентов на трон. Плохо то, что поговорить с ней не получилось. Нужен был блокиратор, а его эвакуировали в первую очередь. Но парень заинтересовал Лойда куда больше. О нем он почти ничего не мог сказать. Следовало бы вывезти его в столицу, чтобы провести необходимые исследования.
Причина, по которой Лойд до сих пор сидел в своей комнате, заключалась в том, что он не был уверен, вмешиваться сейчас или подождать развязки событий. Что-то подсказывало ему, что этого делать не стоит, а своей интуиции он доверял. Глядя на экран, где разворачивалась битва за очередной этаж, Лойд задумчиво вертел в руке небольшой пластиковый диск с новыми приказами из столицы.
Лестница на этаж, где находился Такеши, блокировалась тяжелыми металлическими створками. Сквозь такие же отряд Нико пробивался несколькими этажами ниже. Пробить их можно было разве что динамитом.
– Надеюсь, эти будут последними, – Морико приложила руку к двери, там, где должны были располагаться петли.
Ренжиро, стоя на пролет ниже, разрядил всю обойму автомата в проем, не позволяя подоспевшему военному спецназу подняться выше. Крохотные иглы с легкостью крошили стены и бетонные ступени, оставляя в них глубокие выбоины. Бросив вниз опустевший автомат, он поднял с пола второй. Недостатка в оружии не было, проблема была во времени. Спецназ должен был уже обойти их по соседней лестнице и если он не устроит засаду на этом этаже, то легко зажмет сверху.
Уже готовая ударить Морико, остановилась, прислушиваясь к чему-то, затем схватила за руку Нико и отбежала в сторону. Через секунду, с оглушительным взрывом, дверь вылетела на лестничную площадку, и улетела вниз, едва не задев Ренжиро. В образовавшийся проем вышел раскрасневшийся Такеши, следом за ним показалась Мирани.
– Привет, – он устало поднял руку в приветственном жесте.