Араши добралась до меня и заключила в объятия, едва не свалив со стула.
– У тебя температура? – она оглянулась на Мирани.
– Ты хоть кровь с лица утри, – сказал Ренжиро Юки. – Держи платок. А то выглядишь так, как будто со стаей бродячих кошек подрался.
– Все в порядке, – заверил я ее.
Небоскреб за нашими спинами дрогнул и заметно накренился. По его стеклянной поверхности побежали трещины. Благо крен был не в нашу сторону, но падение подобной громадины могло обернуться непредвиденными последствиями.
– Давайте спустимся вниз, – Нико первым зашагал в сторону спуска с крыши.
Ренжиро подхватил меня на руки и направился за ним. Араши хотела было пристроиться рядом, но Мирани поймала ее за руку.
– Слушай внимательно, девка, – сказала Мирани. – Не знаю, что нашел в тебе Такеши, но я решила, что он будет только моим.
– Что!? – Араши с силой вырвала руку и одарила ее презрительным взглядом.
Что она ответил, я уже не слышал, так как ее голос был заглушен рушащимся зданием. Ренжиро громко рассмеялся, ускоряя шаг. Я же удивленно смотрел через его плечо на девушек. Зная Араши, я боялся, что она полезет в драку, но она, высказавшись и ткнув Мирани в грудь пальцем, побежала за нами, улыбаясь над моим озадаченным выражением лица.
Глава 13
Пока Такеши был без сознания, силу дара Мирани сдержать было некому, а так как заботу о нем взяла на себя именно она, то всем остальным оставалось только ждать, пока он очнется. Тяжелее всего приходилось Морико и Араши. Мирани очень неохотно выходила из комнаты, чтобы девушки немного могли побыть с ним.
Перенести группу в соседний мир, пока сила Такеши был нестабильна, Мирани наотрез отказалась. Свои силы она восстановила почти полностью и готова была убить любого, кого пришлет Союз или Империя, но Объяснять это кому-либо из людей, следующих за Такеши, она не считала нужным. Ей и так было тяжело не замечать их, а за полтора дня они умудрились уже несколько раз вывести ее из себя, постоянно попадаясь на глаза.
– Пить хочется, – голос Такеши вырвал ее из раздумий. Она тут же оказалась рядом, склоняясь над ним. Он устало открыл глаза и улыбнулся. Температура его тела по-прежнему держалась у отметки в сорок градусов.
– Подожди, я сейчас, – она коснулась его лба и посмотрела на столик, где совсем недавно стоял небольшой чайник. Пока она была погружена в свои мысли, кто-то умудрился забрать его. – Сейчас.
Мирани выглянула в соседнее помещение, и строго посмотрела на девушек. Они что-то тихо обсуждали, разглядывая на столе карту, на которой был изображен город и прилегающий к нему спальный район пригорода.
– Кто забрал чайник? – раздраженно спросила она.
– Он был почти пуст, – отозвалась Морико, потом встрепенулась и кивнула Араши в сторону кухни. – Такеши проснулся?
После падения административного здания настроение горожан заметно ухудшилось. Как будто они только и ждали подобного знака. Работа всех служб окончательно встала, а в нежилых районах отключили электричество и подачу воды. Предсмертная агония города была медленной и пугающей. Люди, державшиеся до этого момента, медленно потянулись к центру переработки, а те, кто не мог решиться на подобный шаг, даже перестали выходить из дома.
Медленно шагая по пустой улице, Осаму заглядывал в окна домов, витрины магазинов, пытаясь понять, что чувствуют горожане. То, что эти люди оказались абсолютно не нужны Союзу Объединенных Миров, не укладывалось в его голове.
За три часа они с Юки обошли пять аптек и даже заглянули в небольшую поликлинику, но нигде не нашли никого, кто бы мог помочь разобраться с разнообразием местных лекарств. Небольшой запас антибиотиков широкого спектра у Осаму еще оставался, но его надо было пополнить, а также найти болеутоляющее и жаропонижающее для Такеши. Если Мирани еще вчера говорила, что наследники императора не нуждаются в лекарствах, то утром она потребовала от Осаму, чтобы он сделал что-нибудь, и выставила за дверь с ультиматумом не возвращаться без оных.
– Если и здесь никого не будет, возвращаемся, – сказал Юки, подозрительно оглядываясь по сторонам. Сквозь бинты на его лице виднелись только глаза и нос. Во время штурма его сильно посекло острыми осколками бетона. Раны были неглубокие, но весьма неприятные, так как из-за них у него немного повысилась температура.