Выбрать главу

Глава 41.4

– Агата всегда блокирует систему, когда отходит от компа. Особенно, если рядом кто-то есть, – Витя сложил руки на груди. – Прекрати врать. Единственный способ – узнать от «Плацебо» или Драгомиры.

– Драгомира тебя исключила из списков учеников, – добавил Алес. – Тебя бы вообще не впустили в «ТЭМССЭР». Как ты узнала про это место?

– А, я… – Дайна немного растерялась. – Я спросила Андрея.

– Врешь, – Энтин изменился в лице, уставившись на нее пронзительно, будто сейчас кинется и порвет на мелкие клочки. – Говори правду.

– Взломала систему, – наконец-то призналась Дайна.

– С каких пор ты научилась взламывать? – Максим отпрянул. Вдруг у него промелькнула гениальная мысль и он заулыбался. – Ладно, не важно! Давайте возьмем отпуск и отдохнем все вместе, как ты предлагала!

– Точно, – Алес хитро дернул бровями. – Столько сентиментальностей мне написала, и провалилась сквозь землю. Раз я тебе нравлюсь – давай встречаться. Я тебя не обижу, честно.

– Что? Закатай губу обратно! – Дайна отступила. – Несете какой-то бред. Давайте выбираться отсюда, потом все обсудим. Лучше сходить с ума в более уютном месте.

– Люси, – Максим окликнул собравшуюся уходить девушку, отчего та обернулась. – Ты действительно думала, что мы такие дураки? – он едва ли мог сдержать дрожь в голосе и говорить привычно спокойно.

– Что? – Дайна вскинула брови. – О чем ты вообще? У вас тут коллективное помутнение разума случилось что ли?

– Ни одна программа не может взломать систему «Плацебо», – Витя стоял недвижно, как и друзья. Он отчаянно старался подобрать аргументы «против», но всплывали исключительно «за».

– Ты ничего не знаешь о прощальных письмах, написанных и отправленных собственноручно, – добавил Алес.

– Люси не могла передать свою силу, поскольку она – свойство, присущее исключительно ее яснику. Когда Син раздавил бусы Юэ Лан, запах определенных трав ослабил всех в помещении, что помогло притупить реакцию. Ты же оказалась слабее всех остальных, особенно тех, кто дрался ранее. А все потому… – Максим запнулся. – Потому… что еще не привыкла к физическому телу…

– Вы притягиваете за уши. Я все еще я. Может и забыла. У меня столько стресса было, разве это не удивительно? Со мной все в порядке. Витя в шутку ко мне подкатывал в общей комнате, с Алесом я целовалась, когда прокралась в квартиру выкрасть медальон, а мы с тобой немного повздорили в тренировочном зале.

– Ага, – Алес убрал руки в карманы. Из пола выскочили черные тени, направляя острие на девушку. – Только вот Дайна ни за что бы не признала момент с поцелуем, поскольку сильно стеснялась. И уж тем более не говорила бы обо всем этом настолько спокойно.

– Где она? – Максим и слова не сказал против действий напарника. Поджал дрожащие пальцы до белых костяшек. – Где она?! – юноша выкрикнул вопрос отчаянно, с пробирающим изнутри гневом.

– Мы поменялись местами, – нехотя признала Люси. – Я не уговаривала ее и не заставляла! Заклинание рассчитано на выбор сердца, а не разума. Она хотела спасти темный народец от Сина и защитить вас. Хотела спасти Алеса, – девушка перевела на него взгляд, – поскольку любила. Очень сильно… Любила, – Люси внимательно наблюдала за напряженным лицом юноши, стиснувшим кулаки.

– Алес, – сквозь зубы прошипел Максим. Тени вмиг отступили. Юноша схватил Люси за запястье, сильно сжимая. – Мы сейчас же возвращаемся в Аркмайн, – он потащил возлюбленную вперед по коридору.

– Стой! Мне больно! Да стой же, это невозможно! – Люси наконец-то высвободила руку, и прижав к груди, отступила. – Чтобы заклинание сработало, обе стороны должны желать искренно! Но возвращаться в Марьяд… Я не хочу. Заклинание не сработает!

– Ты умерла! – голос Максима больше походил на мольбу. Попытку убедить самого себя в данном факте. Его руки впились в плечи девушки. – Ты мертва, Люси! Смирись уже со своей кончиной и отпусти меня, – он сжал ее кофту, стараясь все же не причинить боль телу. – За что ты так со мной?! И с ней?

Люси нервно сглотнула. Она впервые слышала столько отчаяния в голосе человека, чье лицо хотела увидеть озаренным улыбкой, а не искаженным такой бездонной, невыносимой болью.