– Ты чего тут одна сидишь? – Максим заглянул в зал без особого желания тут находиться.
– Пытаюсь заставить себя встать, – Дайна неловко улыбнулась. Вот уж перед кем не хотелось показывать себя слабой, так это перед ним.
– Да уж, совсем тебя загоняли… Но че поделать? Такова судьбенушка твоя! – Максим за пару шагов оказался рядом и плюхнулся близ девушки.
– Вот уж повезло, – буркнула Дайна. – Лучше скажи, каким образом Безмолвный стал невидимым для меня? Я же не могу потерять способности?
– А? А-а-а, – Максим рассмеялся беззлобно, в какой-то степени успокаивающе. – У них всех есть два «режима» невидимости. Во втором даже ведуны увидеть не могут, он так делает, когда совсем не хочет показываться. Честно, я сам не знаю, как это работает. Иногда мне кажется, будто он стоит за спиной и гневно в затылок смотрит.
– Вот уж спасибо, теперь у меня тоже такая паранойя будет, – Дайна слегка улыбнулась. Почему-то его слова наоборот успокаивали. Появилась некая надежда, что Безмолвный может быть на самом деле рядом. Защитить в случае чего.
Девушка протянула руку немного неуверенно, накрыла ладонью кисть Максима, вопросительно выгнувшего бровь на ее жест. Она немного смутилась своих же действий, но отстраняться даже не думала.
– Слушай… Я хотела спросить. Ну, – Дайна немного замялась. – Мы же… Когда Люси была в моем тебе и ты ее поцеловал…
– Оп, стоп, не, не, давай не этого того, мне и без сего совсем не то! – Максим убрал руку настолько быстро, будто обжегся. – Я целовал ее, а не тебя. Мы же уже говорили об этом? Нет? Я не помню, – он наклонил голову вбок, выдавив из груди тяжелый вздох усталости.
– Не смешно! – с обидой в голосе отозвалась Дайна. – Я не могу понять… – она накрыла ладонью грудь, где металось сердце. – У меня осталась легкая симпатия. Как… Эхо. Как воспоминание, – девушка заговорила немного задумчивее. – Некая ностальгия по чувствам, которых между нами никогда не было. И это очень неприятно, поскольку я понимаю, что они принадлежат не мне.
– Несмысляшка, – Максим произнес ненавистное ей прозвище достаточно ласково, чтобы на щеках выступил румянец. – Как бы я ни хотел тебе помочь, не могу. Ты сестра Люси, и… – он сжал в пальцах край алого шарфа. Замолчал.
– И… Что? – Дайна встретилась с ним взглядом. – Что с того? Тебе невыносимо находиться рядом со мной? Ты не способен избавить меня от последствий захвата? – она поджала губы.
– Давай мы все же сначала разберемся с насущными проблемами, а потом другие будем придумывать? – Максим вздохнул устало, отвел взгляд. – Не до этого сейчас.
– Знаю, – Дайна наблюдала за каждым движением юноши. И прекрасно понимала, как сильно ему не хочется об этом говорить. – Но мне просто интересно, как долго ты будешь себя мучить. Ты что, боишься? – девушка встретилась с ним взглядом, стоило ему поднять голову. Она подалась вперед, схватила его за шарф и потянула на себя, в попытке снять аксессуар. – Боишься любить другую?
Глава 6.5
Максим дернулся, ловко сжав запястье Дайны, чьи пальцы цеплялись за самую дорогую вещицу. Смотрел в глубокие, карие глаза, совершенно не видя в них страха или сомнений. Исключительно жалость. Ту, с какой на него каждый день смотрела мать… Неясов сжал ее руку сильнее, вынуждая отпустить шарф.
– Хватит, – прошептал Максим, отводя руку девушки в сторону. Он отпрянул, поправляя шарф.
– Да что толку цепляться за нее?! – Дайна, не выдержав захлестнувшей ее обиды, воскликнула на весь пустующий зал. – Люси мертва! Я не прошу любить меня! Я прошу тебя не гробить собственную жизнь! – она протянула руку, но Максим уклонился, быстро поднялся, отступил назад. Серебрякова поджала пальцы и неуверенно прижала кулачок к груди, где больно щемило сердце.
– Ага, – он заулыбался так спокойно и обыденно, что Дайне вмиг стало противно из-за самой себя. – Но моя жизнь – это сплошная работа, работа, работа… Мне некогда. Я в порядке. Не переживай обо мне, лады? – в его голосе прозвучала нотка привычной беззаботности, но омраченная печалью. – Лучше думай о себе. Поэтому тебе нужен тот, кто сможет дать все то, чего ты заслуживаешь. И этот человек… Определенно не я. Потому что я… – он едва слышно хмыкнул, – давно не человек. Сосредоточься на тренировках и поездке. Прости, что снова втягиваем тебя в нашу неспокойную, тайную жизнь. Надеюсь, на том все закончится.