– Если бы у Вас были дети, разве Вы бы не сделали ради них все, и даже больше? Вы бы не пошли на безумство ради их жизней? – Благояр продолжал смотреть прямо в глаза Драгомире, и чувствовал каждой клеточкой своего организма, как ее аура прожигает насквозь.
Глава 13.2
– У меня есть дети, – Драгомира сделала еще один шаг. – И я сделаю ради них все, но не во вред другим людям, – ее ладонь накрыла руку Благояра, отчего он мелко вздрогнул, и опустила их длани. – Остановитесь, пока не совершили непростительную ошибку. Люси в Марьяде. Мы не знаем, какой она оттуда вернется и чем это закончится.
– Вам по приколу меня игнорировать, да? – Син выгнул бровь. – Ладно, давайте дальше наблюдать за семейной драмой.
– Антонина была Златой Вестницей[1], – Максим поднялся с большим трудом и максимальным нежеланием. Слегка пошатнулся. – Ребенок Вестницы и человека не смог бы существовать в мире смертных. Она не принадлежит Явью, поэтому обещана Дарлосу… Он бы забрал ее. Драгомира сказала правду: Люси никогда не отличалась добротой, зато была коварна и умна. Я не уверен, что даже боги способны нарушить сформировавшийся ход вещей… – юноша перевел взгляд на Дайну. – Дочь на дочь. Вы не сможете спасти обеих.
– Не говори ерунды, – Благояр повысил голос, оборачиваясь к юноше. – Я не отдам никому Дайну! И не собираюсь действовать сгоряча. Сначала нужно все узнать, а для этого – связаться с Люси. Только Дайна справиться со Златым зеркалом.
– Мы бы успели попить чай, – Син перевел взгляд на Алеса. – Ну, там, пообщаться, да? Так ведь люди нормальные делают?
– Из тебя нормальный человек, как из меня эмпат, – огрызнулся Энтин. – Не о чем нам разговаривать.
– Как грубо, я же обижусь, – Син сложил руки на груди.
– Она никуда не пойдет! – Веда бесцеремонно влезла в разговор. – Мы не знаем даже, где это зеркало и существует ли вообще. Во дворце может быть много ловушек, и они наверняка похлеще городских. Все вместе погибнуть там хотите?!
– Папа, пожалуйста… – взмолилась Дайна. Она оставалась близ Алеса, больше не решаясь отойти. – Мне страшно. Давай просто… Пойдем домой. Мама так скучает по тебе.
– Твоя сестра заслуживает жизни так же, как ты или любой другой человек, – Благояр покачал головой. – Прости, солнышко. Без твоей помощи никак. Если ты не согласишься добровольно, придется шантажировать вас всех. Мне очень не хочется этого делать, правда. Попрошу последний раз: отдайте медальон.
– Повторю вновь: нет, – Драгомира ответила куда серьезнее, и ее голос впечатывался в сознание каждого присутствующего пробирающим до дрожи холодом.
Еще один выстрел ознаменовал окончание переговоров. И терпения Сина. Профессор Ан упал на колени, склонившись над землей. Юноша подошел ближе и с размаха пнул Де Су в живот, а затем с силой наступил на лопатки, заставляя упасть на холодную землю. Агата вскрикнула от неожиданности. Родана оскалилась, зарычала и кинулась на юношу, но Сину хватило всего одного взгляда чтобы круглопуш поджала уши и заскулив, попятилась назад.
– Мне надоел этот гребанный цирк… – юноша зарылся пальцами в черные пряди, поправляя их назад. Они непослушными локонами вновь упали на лоб. Светлые, голубые глаза сверкнули кровавым проблеском, внушающим страх. – Давайте на чистоту: пули отравлены. Яд не смертельный, зато сильно ослабляет. Хватит уже…
Син щелкнул пальцами. Воздух словно загустел, и сделать новый вдох стало практически невозможно. Тела всех присутствующих, включая бандитов, перестали слушаться. Всепоглощающий страх сковывал изнутри, заставляя выронить все, что находилось в руках, и попадать на колени прямо перед тем, кто управлял всепоглощающим ужасом.
– И не стыдно тебе использовать мою силу против меня самого? – Алес наклонил голову вбок, и шея хрустнула. – Что ж… – его глаза недобро блеснули. – Этот цирк действительно пора заканчивать.
– Не… смей… – Максим едва выдавил эти слова, но знал, что остался неуслышанным.
На его глазах Алес исчез, и в следующее мгновение оказался над Сином, обрушившись на него с двумя Мрайновыми мечами. Юноша заблокировал их пистолетом, едва устояв перед безумным напором. Выброс энергии врезался в клинки, и лезвие пошло трещинами, моментально раскрошившись. Он резко присел, оперся ладонью о землю и выстрелил.