– Как мне не хочется сидеть там с ней… – Кирилл нервно сглотнул, шумно выдохнул. – Только не забудьте про нас, пожалуйста, и… Спасибо. И тебе, Дайна. Ты очень храбрая, – юноша подошел к ней, аккуратно обнимая. Она слегка улыбнулась и хотела сказать что-нибудь приободряющее, но вдруг почувствовала, как тот скользнул ладонью вниз по талии. Юноша выхватил пистолет из-за пазухи Серебряковой и приставил дуло к голове.
– Не смей! – Благояр дернулся вперед, но не рискнул подойти ближе. – Син, опусти пистолет.
– Вы меня подавили, и думаете, все, выиграли? Хорош план, ничего не скажешь, – он дернул Дайну за плечо, заставляя повернуться лицом к остальным. – Никакая ведунская комната не сдержит меня. Удивительно, какой наивной дурой может быть архари, прожившая тысячи лет.
Станемира хотела подать сигнал пальцами, но юноша сильнее придвинул ствол к голове зажмурившейся от девушки. Она замерла, и проследила взглядом за Ветряной, медленно отступившей к Сину.
– Без глупостей. Дайна может облегчить работу, это факт, но она не незаменима. Я пристрелю ее или кого-то из вас, если рыпнетесь.
– Да я… – Алес сделал пару шагов вперед и раздался выстрел. Следом – оглушающей визг Яры, на чье лицо попали алые капли.
Дайна вцепилась в предплечье Сина, коим тот прижимал ее к себе, не давая ринуться к Энтину. Все звуки застряли в груди, без возможности вырваться через сдавленное ужасом горло. Пока она смотрела на алеющее отверстие во лбу юноши, перед глазами пронеслась вся жизнь. Все их поцелуи. Его подколы. Его перепады настроения… И пророчество, в котором не было Алеса.
Юноша рухнул на пол, уставившись остекленевшими глазами в никуда. По еще теплому лицу стремительно стекали капли, образуя на древнем полу густую лужу.
– Алес! – Дайна подалась вперед, практически повиснув на предплечье Сина. Вопль, наполненный отчаянием, разлетелся по всему Аркмайну, утопая в многочисленных закоулках древнего могильника.
– Алес… – Максим рухнул на колени, впиваясь пальцами в мантию на плече напарника. – Эй… – его губы искривились в натужной улыбке, в то время как на глазах застыла пелена слез. – Эй, вставай уже… Ты же… Не можешь вот так…
– Он же удивительный ведун! – Индэр отшатнулся в сторону, врезаясь спиной в резную стену. – Почему не поймал пулю?!
– Даже его силы не вечны и… – Ветряна ухмыльнулась, – не настолько надежны. Случайности случаются, не так ли?
– Н-нет… Нет! – Дайна дернулась, не обращая внимание на дуло пистолета у головы. – Алес! Он не мог вот так умереть! Я не верю! Максим! Максим, скажи, что это не правда!
Максим протянул дрожащую руку, опуская веки Алеса. Пока щекам скатились слезы, капая на его темную одежду. Юноша медленно опустил руку в карман удлиненного переда мантии, вынимая оттуда длинный металлический клинок. Осторожно вложил его в остывающие пальцы Энтина. Следов – второй, складывая парное оружие в районе живота.
– Он… – Неясов еле заставил себя произнести хотя бы слово. – Всегда считал, что ему здесь не место. Нигде не место. Потому что… – юноша поджал дрожащие губы. – Его никто, никогда и ни за что не любил. И он никогда никому не был нужен, н-но… – Максим сжал в пальцах запястье напарника. – Алес ошибался.
Драгомира медленно опустила веки, не в силах вымолвить и слово. А профессор Ан поднес к лицу руку с бусами Юэ-Лан, неизменно оплетающими правую руку коричневыми бусинами. Его губы зашевелились в тихо шаогуанской молитве.
– Заткнитесь уже, или Дайна отправится за ним, – Син прижал дуло к виску девушки. – Отведите меня к Зеркальной комнате. Благояр и Ветряна – со мной. Остальным стоять здесь. Давайте сюда медальон.
– Безмолвный, – Драгомира перевела холодный взгляд, наполненный тихой яростью, на юношу и едва заметно кивнула. Он, явно нехотя и будто бы специально медленно, снял с шеи цепочку и кинул украшение врагу. Ветряна поймала заветный ключ.
– Сволочь… – Индэр быстро вытер слезы, размазывая по щекам. – Станемира… Отведи нас к Зеркальной комнате.
Услышав приказ, девушка сжала копье. Что бы та ни сказала, отозвалась явно нелестно, и Драгомира переводить это не стала.
Син потащил Дайну за собой. Ветряна вздернула нос, проходя мимо Алеса с легкой усмешкой. Благояр следовал за ними молчаливой тенью, отчего Дайне становилось еще страшнее. Он и слова против не сказал, вообще не попытался никак спасти ее. Но чего ожидать, когда дорогому человеку угрожают пистолетом? Не смог бы отец никак помочь. Дайна пыталась хоть как-то успокоить себя, но слезы продолжали литься по жизнь того, кого боялась. К тому тянулась.