- Где же сам Димитрий?
- Лежит спокойно. Совсем неподвижен. Может, помер?
- Он жив, я чувствую это.
- Ну, коли чувствуешь, тогда добьем его. Исполним твой замысел.
- Теперь не знаю, - задумался я. - Я не желаю ему смерти.
- И как мы его одолеем? - Воислав почти фыркнул на меня.
- Мы лишим его силы.
- Ты снова нечто придумал?
- Это поможет, - кивнул я. Мои ступни облачились в пылающий покров, позволяя спокойно ступать по намокшим останкам темного облака.
- Если это творение нападет, то тебя может задеть молния, - предупредил воитель.
- Сколькими меня обжигало здесь, и ты прикрой меня, - молвил я, подходя к Димитрию, лежавшему без сознания в небольшом углублении.
- Что ты задумал? - тревожно кричала мне Радмила.
- Я заберу его. Отнесем его к храму.
Дима лежал припорошенный мелкими комками грязи. Сперва я вытащил его из ямы, поместив в парящую сферу. За моей спиной поднялась грязевая лапа и ударила по капсуле, вбивая ее в свое измокшее тело. Молния тут же пронзила это противное творение. Разряд прошелся по моей коже, но обжигать не стал. Сердце сжалось, ожидая встряски, и на мгновения так и застыло.
Грязь после сей процедуры мирно сползла со сферы. Сама же капсула наполнилась призрачным туманом. Я потянулся к барьеру, что окружил Димитрия, и почувствовал, как напрягается воздух вокруг него. Ладонь мою стало покалывать, но я все же хотел коснуться.
- Замри! - громогласный голос приказал мне. Я оглянулся, но руку не убрал.
- Что это вы решили явиться? - спросил я богов.
- Удачно сложилось, - говорил Перун. Теперь его, наполненный громыханием, голос возвращался к знакомому мне.
- Чем обязаны? - я подарил им новый вопрос.
- Вы поймали Черного бога с помощью наших сил.
- Этим барьером? - я снова потянулся к нему.
- Убери руку! - спокойно приказал Свентовит. Моя рука опустилась.
- Вы поведаете, наконец?
- Из-за перуницы Чернобог заперт в сфере, - пояснил сей бог.
- Как же ваши силы помогли нам?
- Ну, смотри! - Свентовит сделал шаг.
Он развел руки в стороны, и все вокруг замерло. Капли дождя повисли в воздухе, как и замерли струйки воды на капсуле. Стих ветер, да и вообще любой шум. Я отошел от Димитрия и направился к богам. Исчезли все звуки. Я бесшумно шел, дышал, даже возникло ощущение, что перестало биться сердце. Не было и звона в ушах. Пустота.
Мне хотелось спросить об этом, и голос отказал. Свентовит ухмылялся моим потугам заговорить. Он опустил руки, и нас снова залил дождь.
- Мы - Триглав. Мы суть единого мира, - стал пояснять бог-целитель. - Силы наши властны над полотном Яви. Они проникли в тебя.
- Хорошо, что ты оказался восприимчивым, - добавил Сварог.
Свентовит продолжал:
- Мой медальон научил тебя управляться с волнением этого полотна. Твои барьеры стойки, а вихри пронзительны. Ты чудесно подошел, и пламя отдало его тебе.
- Чудесно подошел? - изумился я.
- Димитрий легко принял силу Черного бога. В вашем темном мире человек восприимчивее к энергии. Вы почти боги сами себе. Но пришлось проверить тебя.
- Истислав был моим лазарником, - стал рассказывать пламенный бог. - Он согласился передать тебе медальон и направить, но отказался больше говорить со мной. Твой путь шел наперекор ему.
- При чем же эти ребята? - чуть не крича, я указал на воителя и лисичку.
- Они поделились нашими силами с тобой. Драконий покров - творение моего пламени. Ты сошелся со сварожицей, и она передала мою энергию через свое тело. Поэтому тебя принимали за светлину - из-за схожести с Истиславом.
- Истислав ведь наделил меня этой силой? - гневно закричала Радмила.
- Критор лишь провел ритуал.
- Значит, вы погубили моего отца, уготовив мне участь в вашем замысле!
- Твой батюшка решил за тебя. Истислав не смог постичь мою силу, и вынужден был передать ее.
Услышав это, лисичка зарыдала, и Воислав принялся утешать девушку.
- Тебя бы все равно привели к ней, - сообщил мне Сварог.
- Во мне нет силы Воислава, - возразил я.
- Но ведь он с тобой, - иронично ответил Перун. - Его умения помогли удержать Чернобога, которого ты заключил в сферу.
Отвечать ничего я не стал. Меня наполняла досада. Моя страсть к барьерам оказалась навязанной. Именно силы Свентовита и Сварога толкали меня на это. Они вели меня с самого начала, хоть и шел я путями, где боги теряли нить. Так я смог узреть чуждый мир. И вот их силы поймали помеху, а Перун удержал ее. Для этого Радмила, сварожица, подарила силу Сварога мне.
Меня взяла обида. Слезы навернулись на глаза, потому что мои постижения даны мне.
Этот мир опустошил мое стремление к ним. Великая надежда за шаг к мечте обрушилась. Я видел лицо недоумевающего Воислава, где-то внутри чувствующего мое горе. Он с сожалением смотрел на меня.