Инь кивнула и еще раз откусила шоколад. На лице у нее появилось странное выражение.
— Я поняла. Можно я только… доем? Вкусно. Тот шоколад, который был раньше, он не такой совсем. Этот хороший. Не горький.
— Твою мать! — опять, уже во второй раз сказал Дельф и глянул на Клима.
Тому тоже было не по себе. Девушка поняла все, что ей хотели предложить, и приняла поставленную перед ней задачу как-то поразительно сразу. Легко. Не до конца осознает, с чем придется иметь дело?
— Их двое. У них отходняк. И они не люди. Ты правда… сможешь? Подумай. Взвесь.
— Я готова. Они придут сюда? Или мне куда-то надо идти? Хотя вряд ли. Вы ведь не захотите оставлять меня с ними наедине…
— Ты слишком хорошо все понимаешь, — не сдержался Клим.
— Опыт, — Инь усмехнулась, сунула в рот остатки шоколада, облизала пальцы и поднялась, кутаясь в плед. — Но сейчас я впервые займусь сексом потому, что сама так решила. Я благодарна вам за спасение, за шоколад… И за предоставленный выбор.
— Это какой-то гребаный звездец, — подвел черту под сказанным Дельф и вдруг спрятал голову и нахохленные плечи в расправленные крылья.
Одно из них было калечным, летать Дельф уже не мог, разве только планировать, но в космосе, где он проводил большую часть времени, это было и не нужно. Хотя Клим знал, что Дельф принял свою инвалидность не так уж легко. И сам не раз говорил с ним об этом, и офицеры-психологи немало времени провели с крыланом, работая на его внутреннее восстановление. И как раз в тот момент, когда все стало налаживаться и выправляться, самого Клима вызвало к себе начальство с мерзкими подкатами: мол, а не подведет ли офицер Э’Спириос о’Сай в тяжелую минуту боя, не сломается ли, спраздновав труса? Клим их послал, а Дельфу даже говорить ничего не стал, но по некоторым признакам догадался, что крылан все знает…