Мы ничем принципиально не отличаемся от остальных людей, и лишь более полно проявляем и реализуем возможности, заложенные Творцом в человеке. А вот атланты переставали быть людьми! И становились принципиально Иными! Кстати, энергоинформационное формирование, заменяющее у нелюдей душу, неспособно усваивать нетварные энергии, которые в мистическом православии именуют «фаворским светом». И поэтому нелюди могут «подзаряжаться», энергетически «подпитываться» только грубыми тварными энергиями.
Причем, лучше всего ими усваиваются самые сильные, экстатические виды энергии, порождаемые страхом, ненавистью, болью, отчаянием, ужасом, страданием. И они всячески провоцируют людей на выброс этих эмоций, осуществляют войны, революции и прочие виды резни и хаоса, создавая для себя излюбленную среду обитания, дающую им хороший корм».
Дмитрию представился Прометей, прикованный к скале, как образ страдающего человечества. И орел, ежедневно расклевывающий ему печень, символизировал всю демоническую нечисть, которая питалась людскими муками. Освободителем и героем этого мифа был Геракл. В наше время его миссию надлежало выполнить «Стоящим у Престола».
Глава 37. Спасение ребенка
Машина, казалось, превратилась в жертвенный сосуд, в котором зажаривались на огне, в угоду солнечному богу, люди.
— Ну и печет! — сказала разомлевшим голосом Марина, вытирая изящным кружевным платочком влажный лоб.
— Да уж, — согласился Дмитрий скорее для приличия, поскольку думал совсем о другом, ощущая нарастающее чувство тревоги.
Они ехали вдоль извилистой реки, раскинувшейся на много миль гигантским сверкающим удавом. Добромир, сидящий сбоку от водителя, сосредоточенно молчал, покручивая в руках свою неизменную трость, поставив ее концом на резиновый коврик под ногами. И, судя по его нахмуренному виду, Дмитрий понял, что Главного, как его величали в экспедиции за глаза, тоже что- то беспокоило.
Дорога пошла резко вниз, крутым серпантином, следуя природному ландшафту. И с высоты перевала Дмитрий увидел надувную резиновую лодку, которая неслась по горной реке. В лодке сидели трое — женщина и мужчина среднего возраста, очевидно, супруги, и ребенок, мальчик лет восьми. Перегнувшись через край лодки, он заливисто смеялся, показывая матери на что- то, привлекшее его внимание. Мать, схватив его за руку, удерживала, чтобы тот не свалился в воду.
Скалистая глыба на обочине дороги, вылизанная ветрами, заслонила Дмитрию обзор. Она показалась ему бесконечно длинной, и, когда машина, наконец, проехала ее и река снова стала видна, Дмитрий не поверил своим глазам. Перевернутую лодку быстро тащило вниз по течению, крутя и швыряя на валуны, как жалкий спичечный коробок, а троих людей уносило следом, но уже на значительном расстоянии от нее, так что догнать лодку им было невозможно. И вот она исчезла из вида, а люди время от времени еще появлялись на поверхности, и в эти ничтожные мгновения начинали отчаянно барахтаться, пытаясь сопротивляться потоку.
— Гони! — крикнул Добромир водителю. — Нужно обогнать их! Быстрее!
Водитель поддал газу. Голова ребенка вновь мелькнула в воде, потом даже высветилась часть его тела, и руки взрослых. Мальчик, похоже, плохо умел плавать, и взрослые выталкивали его из воды, стараясь спасти. Дмитрий и Марина на ходу сбрасывали с себя все лишнее, и, когда машина затормозила на берегу, с разбегу прыгнули в ледяную воду. За ними бросился в реку и Добромир. Водитель по рации стал вызывать команду спасателей.
Река была задиристая, с перекатами, усеянная мелкими и крупными камнями и порогами, передвигаться в ней было тяжело даже опытному пловцу. Голова мальчика показалась возле противоположного берега и вновь скрылась под водой. То, что с таким трудом делали слабеющие мать и отец, спасая свое дитя, река уничтожала мгновенно, снова вовлекая всех троих в кипящую стремнину.
Дмитрий плыл наперерез течению. Жесткие, сильные струи били его по телу, словно гигантский мощный зверь свирепой мордой. Этот зверь еще не бушевал, а лишь играл с ним, не спеша проглотить. Но вот он, словно невзначай, больно ударил его об острый утес и тут же накрыл бурлящим потоком, упавшим сверху, с ближайшего порога.