Этот бой значительно отличался от сшибки в Сихотэ- Алинском заповеднике, хотя и велся практически с теми же вооруженными людьми, обученными в одной и той же школе. Но там сила противостояла силе. А здесь исход схватки был фактически предрешен работой одного человека — Добромира. Ну и еще, конечно, использованием специальных технических средств.
Глава 29. Ценная добыча
Над лесом выписывал нетерпеливые спирали вертолет, ожидая команды на посадку. Через несколько минут он плавно сел, и лопасти его винтов расслабленно повисли, как уши уснувшего кролика. Из открывшегося люка вышла в пятнистом комбинезоне миловидная женщина средних лет — та самая, которую, как и Добромира, Дмитрий отнес к «сторонним наблюдателям». Следом за ней по трапу спустился Сергей Алексеевич Одинов. Костюм бизнесмена на нем, как всегда, был «с иголочки», и от него веяло эксклюзивным ароматом из последней коллекции «Кристиан Диор».
Уве лежал на носилках, крепко привязанный к ним, и находился в полной отключке. Вокруг него столпились, опьяненные легкой победой, основные виновники торжества: Добромир со своей неизменной тростью, Старший — комбинезон СБК- 1 прилип к его распаренной спине, Николай с Дмитрием и трое бойцов, участвовавших в захвате Мак'Грегора. «Матрона» подошла к Уве. Склонившись над ним, пощупала пульс, потом оттянула ему веко и заглянула в расширенный зрачок.
— Можете поднимать пленного на борт, — негромко сказала она удовлетворенным голосом. — В дороге мы с Добромиром Святославовичем займемся им.
— Слушаюсь, Светлана Олеговна, — не без юморка ответил Старший. Его было не узнать: теперь он шутил и подкалывал всех, кто попадался ему на язык. — А Вы, милостивый государь, будете сопровождать особо ценный груз, — добавил он, показывая Дмитрию на Уве. — Смотрите в оба, чтобы он был в целости и сохранности, законсервированный для потомков на века.
Если бы Мак'Грегор услышал о такой перспективе, он бы, наверное, восстал из пепла, но сознание Уве никак не отреагировало на новость, и только в подсознании что- то, по- видимому, застряло занозой, во всяком случае, Дмитрию показалось, что у Ирландского Монстра слегка дернулся уголок рта в затаенной кривой усмешке.
— Благодарю за успешно проведенную операцию, — между тем похвалил военных Одинов- старший. — Потери есть?
— Обошлось, — скромно ответил Добромир, по своему обыкновению, загадочно улыбаясь. — Только легкораненые.
В салоне вертолета Сергей Алексеевич смог, наконец, уделить сыну немного внимания. Пока Светлана Олеговна и Добромир, отгородившись ширмами, работали с Ирландским Монстром, проводя магическую процедуру «остановка жизни», он попросил Дмитрия рассказать о последних днях обучения в лагере.
— Интуиция шепчет мне, что тебе еще предстоит многому поучиться, — проговорил он с озабоченным видом. — Но дальнейшую учебу придется совмещать с работой. В ближайшее время ты поедешь в Канаду, чтобы заняться поисками одного человека. Появление его было предсказано древними магами около тысячи пятисот лет назад. Оно отражено в письменах, вырубленных на священной плите, которую ты нашел.
— Их смогли расшифровать?! Что ж ты молчал так долго! — Дмитрий почти обиделся.
— Не забывай, что слово — серебро, а молчание- золото, — отец скупо улыбнулся. — Запись расшифровали, и теперь снаряжается экспедиция, поскольку для нашего Братства очень важно заполучить этого человека как можно скорее. Причем, заполучить втайне от «Великого Меча Атлантиды». Стоит ли говорить, какие могут быть последствия, если наши враги хоть что- то заподозрят. Судя по предсказанию, где- то среди современных индейцев есть человек, способный повлиять на будущее всего человечества.
Светлана Олеговна вышла из- за ширмы, слегка раскрасневшаяся, но глаза были утомленные, как после болезни или бессонницы.
— Не желаете взглянуть на подопытный экземпляр? — спросила она у Сергея Алексеевича.
Он поднялся с сиденья и отправился следом за ней. Через откинутую ненадолго ткань Дмитрий успел разглядеть лицо Мак'Грегора. Оно отливало трупной синевой, из ноздрей выглядывали ватные тампоны, пропитанные какими- то ароматическими снадобьями.
— Он уже практически не дышит, — прокомментировала положение дел матрона. — Все жизненные процессы у него заторможены в сотни раз.
— Процесс, разумеется, обратимый, — поспешил пояснить Добромир. — При необходимости реабилитация займет примерно столько же времени, сколько понадобилось нам сейчас для введения пленного в состояние длительной клинической смерти.