Дмитрий вспомнил видения, которые явились ему на горе перед началом обучения чулукуа, вспомнил и то, что открылось ему во время инициации, когда он путешествовал в виртуальной реальности с Полом. И отпустил себя на волю наполняющих магический круг энергий, попросив Духов дать в видениях то, что ему еще не известно о своем предназначении.
Глаза его закрылись, дыхание сделалось ровным, и окружающие звуки исчезли. Все погрузилось во тьму и тишину. Глубокий покой охватил Дмитрия. И где- то далеко, на внутреннем экране сознания, поплыли сначала прерывистые, а затем четкие и связные видения. Но вдруг его телесный покой нарушили странные вибрации, которые быстро нарастали. Вскоре они сделались столь сильными, что, казалось, еще немного- и лопнут сосуды и связки, а мышцы начнут отслаиваться от костей. Тело Дмитрия билось и содрогалось в жестоких судорогах, словно агонизируя. И на пике этой агонии Дух Одинова совершил неожиданный скачок в пространство и очутился в некой сфере, в точке, которую можно было назвать центром его жизни.
Отсюда были видны, как в кино, события его прошлого, будущего и настоящего — то, что он уже успел пережить, и то, что ему еще предстояло пройти. Его окружал сложнейший радужный узор. В переливающихся и подвижных, как мозаика, нитях Дмитрий видел все свои поступки и сомнения, если они присутствовали перед тем, как он сделал тот или иной шаг. Здесь внутреннее время духа было сферой, поэтому Дмитрий сумел разглядеть весь узор своей судьбы целиком.
Он увидел Марину и услышал телефонный разговор: он позвонил ей из аэропорта, как только прибыл в Канаду для обучения у индейца, и сказал, что оказался здесь проездом. Она мило улыбалась ему и кокетничала с ним, но лишь только он положил трубку, лицо ее изменилось, мгновенно став старше и гораздо менее привлекательным. Марина набрала по телефону чей- то номер и сообщила кому- то, что он прибыл. И Дмитрий понял, с кем она общалась — это был ее куратор из ордена «Великого Меча Атлантиды»! Потом была погоня, от которой Дмитрий пытался уйти. Так вот что настораживало его в Марине прежде, в его первый приезд: он чувствовал подсознанием ее неискренность!
Ему не терпелось узнать, чем окончатся его земные странствия в период жизни под именем Дмитрия Одинова. И он обнаружил, что его душа после грядущей смерти тела реинкарнируется в мальчика, которого он спас в Канаде, — в Пола. Следовательно, он спас сам себя! Поразительно, но это было так! Второй раз уже ему открылось, что следующая жизнь его пройдет в теле Пола, значит, это была непреложная истина.
В его голове прояснилось, и расплывчатая до этого картина сделалась четкой и понятной. И он познал Предназначение своего нынешнего Посвящения!
Вслед за этим ему явился Дух Черного Солнца. Но в прошлую встречу с ним, в виртуальной реальности, Дмитрий не смог уловить или не запомнил важную деталь. Над тем, что можно было назвать головой (как ни трудно описать это в понятных человеку терминах и категориях), у этой Высшей Сущности сиял радужный нимб, тот самый переливающийся свет, который дед Дмитрия называл «радужным брылем».
И снова, как и тогда, когда Дмитрий находился на Оси Миров, Дух Черного Солнца произнес фразу, которая являлась ритуальной:
«Иди, тебя ждут! Ты нужен миру!»
И, как только эти слова прозвучали, Дмитрий очнулся в магическом круге и с удивлением увидел, что уже сгущались вечерние сумерки.
— Ты сможешь пройти «тропой Духов» и вернуться! — с уверенностью сказал ему Победитель Змей, неотлучно находившийся все это время рядом с ним. — Ты отсутствовал в этом мире почти девять часов! Но сейчас ты, наконец, пройдешь последнее испытание, ибо ты нужен миру в новом обличии, и должен это обличие получить!
Глава 49. В пещере Древних Магов
Они поднялись на гору. Шли, в основном, ориентируясь по ощущениям, потому что дневного света вскоре уже не было вовсе. Мир был полон звуков: клекота и щебета птиц, шепелявого говора реки, настороженного шелеста листьев. На вершине горы шаман остановился.
— Внизу, — сказал он, — на расстоянии человеческого роста от макушки горы, находится пещера Древних Магов. Я помогу тебе туда забраться, но оттуда ты выберешься сам. А сейчас я обращусь к Духам с соответствующей просьбой.
Он вынул из мешка, который нес с собой, шаманский бубен, потряс им, и тот откликнулся заливистыми бубенцами. Ударяя по бубну колотушкой, Победитель Змей начал двигаться и притопывать, затевая своеобразный танец. Движения его все убыстрялись, делались ритмичнее и резче. Это были сложнейшие прыжки с подкруткой, и в какой- то момент уже стало казаться, что пляшет неведомое существо с колдовским кругом в руках, а может быть, сам вихрь кружится на месте, завораживая своей пляской и ударами бубна весь мир.
Сумерки скрадывали красоту танца, но Дмитрий был потрясен: ничего подобного он не только никогда не видел, но и не предполагал, что старый индеец способен на такое! А он уже что- то выкрикивал, войдя в транс, затем упал на колени, и бубен его забился в диком ритме. Все это время Победитель Змей танцевал с закрытыми глазами! Но вот он резко остановился, оборвав неистовство звуков и движений, и посмотрел на Дмитрия.
— Духи готовы помочь тебе. Они дали свое разрешение! Сними с себя всю одежду!
Он зажег ароматические травы в плошке и, когда они начали тлеть, окурил Дмитрия пахучим дымом. Потом надел ему на голову тесьму, расшитую бисером особым узором. «Прямо как брыль, который мне надевал дед перед посвящением в Спас», — подумал Дмитрий. А шаман в это время уже снова окуривал его.
— Пора, — наконец, произнес Победитель Змей с чувством. — Полезай в пещеру. И ничего не бойся. Сядешь у правой стены в углу и жди.
Внизу начинался каньон, и сторона горы, где размещалась пещера, была почти отвесной. Старый шаман вынул из мешка толстую скрученную веревку и держал ее конец, пока Дмитрий не спустился по веревке в пещеру. Дмитрий пробрался в ее правый угол, как велел ему шаман, и уселся, поджав ноги, на кучу какого- то мусора, которым была завалена пещера. Снаружи послышался звук камнепада: макушка горы, внезапно обрушившись, засыпала лаз, и в несколько минут пещера сделалась каменной могилой.
Странно, находясь в магическом круге, Дмитрий испытывал страх, а здесь его не было! Он знал, что выберется из этой пещеры, пройдя «тропой Духов». А в ушах звучал шепоток наставника:
«Ничего не ощущай, расслабься. Пусть мысли растекутся, как капли на блюдце. Теперь представь себе реку со стремительным течением. Берега ее унылы и безжизненны, они неинтересны для тебя. Твоим вниманием завладевает поток. Ты смотришь на него, и тебя уносит в неизвестность. Ты плывешь, подхваченный течением, поражаясь удивительной силе стихии. Впереди ты видишь каменный грот. Река с шумом и ревом входит в него, и ты попадаешь в мрачный тоннель. Тебя швыряет на шершавые стены, царапает о каменные выступы. Наконец, река выбрасывает тебя на холодный, скользкий пол небольшой пещеры. Ты лежишь, обессиленный. Ты сюда пришел для того, чтобы умереть. Тысячи шаманов принимали здесь ритуальную смерть. Приглядись, и ты увидишь их тела в панцире ледяных саркофагов. Ложись на пол и жди. К тебе прилетит гигантская Птица. Запомни ее — это очень важно. Она станет твоим Проводником.»
Дмитрий расслабился. И наработанным в виртуальной реальности усилием полностью отдался видениям и сопровождающим их ощущениям. Отделившимся от тела Духом он увидел свое обнаженное тело распластанным на куче окаменевшего мусора.
В воздухе появилось бледное пятно, которое вскоре материализовалось в Птицу. Она стала ходить вокруг тела и с гортанными криками отрывать от него куски мяса. «Прометею хищная тварь расклевывала печень, — подумал Дмитрий, — а мне все тело». Между тем Птица продолжала свой кровавый пир, ловко отделяя клювом и когтями плоть от костей. Дмитрий безмолвно наблюдал за ней. Но, когда она вспрыгнула ему на грудь и принялась копаться в его глазах, он едва сдержался, чтобы не прогнать ее.
«Смирись! Принимай все, что происходит! Не пытайся препятствовать тому, что суждено быть и будет!» — вспомнил он слова наставника.