Слух улавливал писк датчиков, недовольные крики никкарцев. Непонятные, но синхронные вспышки и блики света, схожие на работу какой-то камеры, пробивались через приоткрытые веки. А затем укол. Именно он заставил сознание полностью погрузится во тьму.
Мне снился сон. Сон, где я стою среди сада с цветущими растениями. Потянувшись ладонью к цветку, тот словно оживал и начинал ярко сверкать. Лепестки зашевелились, издавая тихий шелест, а я просто стояла, глядя на них не моргая. Странные ощущения, которые дали понять, что моё тело каким-то образом изменилось. Всё перестроилось, и я не могла понять, как именно.
— Камелия Райс. Учёная. Доктор в области генной инженерии. Возраст двадцать семь лет. Одиннадцать, из которых посвятила науке и изучению гена «Веда». Пять лет занималась модификацией гена на исследовательской станции «Лизиум». Месяц назад произвела прорыв и получила разрешение на эксперименты над живыми объектами. Вы летели на Сеганну с сывороткой для того, чтобы ввести её их женщинам, доктор Райс?
Слушая всё это пока выходила из сна в мед камере, я не проронила ни звука. Много же информации у них на меня. Ещё и такие подробности. Откуда никкарцам известно про меня и мою работу? Всё же засекречено! Но… Они не в курсе, что Сеганн предоставил мне нескольких женщин и сыворотка прошла исследование на них. Успешное, между прочим. Мне удалось создать препарат, который восстанавливает клетки женского пола и буквально за неделю партнеры успешно зачинают потомство. Звучит, конечно, не очень, но я учёная, к чему подбирать слова?
— Зачем я вам? Образец уничтожен, а всё моё исследование осталось на «Лизиуме». — ответила немного хриплым голосом, по-прежнему находясь в камере без возможности пошевелится.
— Чем был вызван ваш припадок, доктор Райс? — очередной вопрос никкарийца.
— Я не знаю, — ответила чётко. Честно говоря, я сама удивлена своим состоянием и правда не знала, что если препарат не колоть, а выпить, то могут появиться такие побочные эффекты. Но и сеганнцы платили мне за сыворотку идеально раскрывающую потенциал их клеток, а не человеческих.
Тем временем их бортовой компьютер начал о чём-то сообщать, и защитное стекло моей капсулы открылось. Один из захватчиков оказался рядом, по-прежнему облачён в свой непроницаемый костюм.
— Вы меня убьёте?
— Если наш Ниракха решит, что вы бесполезна, то да. — без какого-либо сожаления сообщил инопланетянин.
— Что меня ждёт? Как я вообще должна показать свою полезность? — начала задавать вопросы. Пока это возможно и мне на них отвечают, я должна узнать больше.
— Мы прибыли на Никкар, — сообщил он. — Вам выделят лабораторию и приставят охрану — сбежать не получится, доктор Райс. Ваша задача воссоздать сыворотку.
— Если я это сделаю… меня отпустят? Позволят вернуться домой?
Судя по тому, что ответ я не получила — время откровений закончилось.
3 глава
Никкар — планета, на которую раньше не ступала нога человека. На неё вообще не ступала ничья нога, кроме самих жителей и хозяев планеты. Никкар одна из пяти планет в созвездии Волопас и она единственная является пригодной для жизни. Остальные же они используют как источники ископаемых и ресурсов, судя по тому количеству маленьких грузовых кораблей, что я успела заметить. А ещё значительному военному флоту. Пусть ОСП и знает, где находится эта планета, но мощи их победить или приблизится, может не хватить. Разве что с колоссальными потерями. Это не просто инопланетная раса они слишком сильны, выносливы и сверх моего понимания. И теперь у меня появился шанс их изучить.
По прибытию хорошо рассмотреть мне что-либо не позволили, сразу усадив в небольшой летательный аппарат. Говорили они на своём языке, как и голос с их бортового компьютера. А после нескольких часов перелёта мы оказались возле странного здания. Оно мне чем-то напоминало гриб: ступеньки, подсвеченные панелями, вели ко входу, а лифт быстро переместил на высоту примерно пятого этажа, где и находилось место моего заключения.
— Здесь всего одна комната, доктор Райс, — указал на дверь, как я уже поняла капитан отряда. — Там всё что вам может понадобиться для отдыха и гигиены. Здесь вы будете работать, — махнул рукой обводя просторную лабораторию, среди которой мы и оказались.