Имперцы никогда не трогали гражданских, непричастных к делу, чиновников и служащих, не пытающихся мешать, и уже тем более не покушались на власть действующего правительства. Поэтому в случае возникновения подобных ситуаций полиция, армия и спецслужбы предпочитали делать вид, что ничего не происходит. В конце концов, цена голов нескольких преступников не так велика, как собственная неприкосновенность местных чинуш. Так что развитая прибывшими в отель бойцами бурная деятельность особого ажиотажа на планете не вызвала.
Получив портреты нападавших, служба охраны посольства бесцеремонно вскрыла все базы данных планеты и, откопав нужные исходники, установила виновных. Спустя три часа после объявления тревоги четыре тяжелых глидера неслись к месту последнего обнаружения преступников. Парочка не успела даже как следует разобраться, что именно добыли, когда в их номер в отеле средней руки вломились бойцы и, не церемонясь, принялись размазывать их по стенам. Впрочем, те не особо и сопротивлялись.
Скорость, с которой их обнаружили, и методы, при помощи которых их задержали, произвели должное впечатление, заодно отбив у них охоту сопротивляться. Спустя еще полчаса пара преступников стояла на коленях в подвале посольства, морщась от боли в скованных за спиной запястьях. Волков, сидя за столом, внимательно просматривал свой коммуникатор, проверяя, успели они влезть в него или нет. Убедившись, что все в порядке, он с удовлетворенным вздохом отодвинул в сторону прибор и, задумчиво посмотрев на парочку, устало спросил:
– Ну, что мне с вами делать?
– Взяли на горячем, так передавайте дело в суд, – буркнул парень, сверкая огромным синяком на физиономии. Кто-то из бойцов приложился от всей широкой души.
– Ты действительно дурак или так талантливо прикидываешься? – фыркнул Волков. – Неужели так и не понял, с кем связался?
– Понял, только слишком поздно, – скривился парень.
– Теперь понятно, с чего ты оказался таким шустрым, – неожиданно вступила в разговор девица.
– Крутая девочка, да? – повернулся к ней генерал. – Если бы не парализатор, я бы вас там по стенкам размазал. Ну, ничего. Теперь я свое возьму. Так отыграюсь, что на всю жизнь запомните, твари.
В голосе генерала прозвучало столько ненависти, что арестованные дружно вздрогнули и невольно подались назад, пытаясь отодвинуться как можно дальше от этого страшного человека. Стоявшие у них за спинами бойцы тут же пресекли эту попытку резкими тычками кулаков в спины.
– Кто на меня навел? Кто приказал добыть мой коммуникатор? – резко спросил Волков, поднимаясь из-за стола.
– При чем тут коммуникатор? – растерянно прохрипел парень, пытаясь отдышаться после полученного тычка. – Мы вас просто ограбить хотели. Мы давно уже по разным отелям работаем. Выбираем богатых клиентов, обрабатываем парализатором и просто грабим.
– И ты хочешь, чтобы я в это поверил? – иронично спросил генерал, медленно подходя к арестованному.
– Он правду сказал, – угрюмо проворчала девица.
Волков, не обращая внимания на ее реплику, вдруг резко ударил парня под ключицу сложенными в щепоть пальцами. Не ожидавший этого бандит сложился от боли пополам, тщетно пытаясь расслабить сведенные судорогой боли мышцы. Успевшая разглядеть удар девица вскинула голову, растерянно глядя на генерала.
– Таким приемам кого попало не учат. Кто вы? – настороженно спросила она.
– Генерал-майор службы внешней разведки Российской империи, Волков, – выпрямившись во весь рост, ответил офицер.
В ответ арестованные издали дружный, испуганный стон. Только теперь до них дошло, во что они вляпались. И если до представления у обоих еще теплилась хоть какая-то надежда на благополучный исход дела, то теперь она окончательно рухнула. Слухи о свирепости и жестокости служивших в этих подразделениях бойцов начали обретать свое подтверждение. Достаточно было вспомнить, как их брали и как начался допрос. Закончив процедуру знакомства, Волков повторил вопрос:
– Так кто вам заказал это ограбление? Только не надо врать про регулярные развлечения в том же стиле по всем отелям подряд. Не портите себе здоровье. И учтите. Адвокатов, судей и даже следователей не будет. Для вас вообще больше ничего не будет. Только я, мои люди и много-много боли.
– Вы не имеете права! Все видели, как нас схватили, – попыталась возразить девица.
– И что? – презрительно усмехнулся Волков. – В тот момент, когда полиция поняла, кто именно охотится на вас, вы перестали существовать как личности. Вас больше нет. И никогда не будет. Мне повторить вопрос еще раз?