– Уже начали разбирать железо. Два десятка дроидов шуршат как заведенные, – усмехнулся старший смены.
– Тебя опять вызывают, – перебил его связист.
– Кому там еще неймется? – скривился Миша.
– На этот раз наш малышок подпрыгивает, – в тон ему ответил боец.
– Соединяй, – вздохнул Миша, указывая на тумблер громкой связи.
Это действительно был Расти. Услышав от связиста, что Михаил находится тут же, он, недолго думая, передал требование Спектера о желании пообщаться, после чего, не дожидаясь ответа, выключил коммуникатор.
– И как это понимать? – мрачно протянул Миша, задумчиво разглядывая прибор.
– Опять чего-то из-под тебя хотят, – пожал плечами связист.
– Дерзай, командир, – поддержал его старший смены.
– Помощнички, мать вашу за ногу, – беззлобно буркнул Миша и, допив кофе, вышел в коридор.
Вернувшись в лабораторию сразу после отражения атаки, профессор кинулся первым делом проверять результаты анализов своей формулы, даже не вспомнив о трупах, недавно лежавших здесь же. Его нетерпение было ненапрасным. Едва увидев результаты, Дуглас не удержался и, вскинув сжатые кулаки, во весь голос завопил:
– Получилось! Я это сделал!
У него действительно получилось. Взяв за исходную точку вытяжки из желез живых существ, старательно уничтожавших друг друга при смешивании, он сумел создать лекарство, способное за пару суток залечить самые страшные раны. Он создал то, что люди могли делать только с помощью нанитов. Его же лекарство было создано из естественных, природных материалов. Теперь остались мелочи. Проверить состав на индивидуальную совместимость с организмом будущего пациента, несколько раз перепроверить результат и можно проводить операцию.
Как ни странно, но профессор действительно верил в то, что после успешного решения возложенной на него задачи Спектер позволит ему заняться собственными исследованиями. Он и сам не понимал, откуда взялось это убеждение, но этот странный человек не лгал. Он действительно был заинтересован в успешной работе Дугласа. И теперь профессор настроился старательно повторить все с самого начала. Но стоило ему только взяться за дело, как в лабораторию ввалился Расти и, быстро оглядевшись, скомандовал:
– Профессор. Вас хочет видеть мистер Спектер. Немедленно.
– Что ж. Я тоже не прочь поговорить с ним, – отставив реактив, иронично усмехнулся Дуглас.
– Похоже, вам есть что ему сказать, – удивленно посмотрев на профессора, хмыкнул гигант.
– Есть. И новость эта хорошая, – с гордым видом кивнул Дуглас.
– У вас получилось? – моментально подобравшись, спросил Расти.
– Да. Мой состав действует. И не просто действует, а ускоряет заживление любой раны в пять раз. За точку отсчета я брал заживление при помощи нанитов.
– То есть раствор, который используют сейчас везде, слабее вашего?
– Именно. А самое главное, мой раствор состоит только из естественных материалов.
– Подождите. Скорость заживления, увеличенная, в пять раз, означает, что операция должна будет быть проведена в считаные минуты.
– Нет. Скорость проведения самой операции не важна, – с видом лектора принялся объяснять Дуглас. – Мы можем работать совершенно спокойно. Вполне достаточно будет просто правильно зафиксировать все места заживления и начать процесс. Дело тут не в скорости, а в аккуратности, с которой будет проводиться пересадка. Нельзя ни в коем случае что-то перепутать или соединить не так.
– Разве такое возможно? – не понял гигант.
– Всякое бывает, – пожал плечами профессор.
– Ладно, пошли, расскажете это шефу, – прервал разговор гигант.
– Похоже, вы слишком много общаетесь со своим русским другом, – неожиданно улыбнулся Дуглас.
– С чего вы взяли? – не понял Расти.
– Только он называет мистера Спектера шефом.
– Да? Не замечал, – удивленно проворчал Расти. – Впрочем, это не имеет значения. Закрывайте свою конуру и пошли.
– Это лаборатория! – возмутился профессор.
– По мне, так хоть тюремная камера, – отмахнулся гигант.
– Не любите науку? – спросил профессор, осененный догадкой.
– Скорее, людей науки, – помолчав, признался гигант. – Шеф прав, держа всю вашу ученую братию подальше от обитаемого мира и под жестким контролем. Никто из вас никогда не знает, чем закончится его опыт или исследование. Сначала выпустите джинна из бутылки, а потом визжите и, обделавшись от страха, пытаетесь загнать его обратно.
– Что это с вами? – растерялся Дуглас.
Такого наезда от всегда спокойного и выдержанного гиганта он никак не ожидал. Впрочем, после событий со случайно открытым препаратом он и сам иногда приходил к подобным выводам. Но признаваться в этом не хотел. Даже себе самому. Услышав вопрос, Расти немного смутился, но, взяв себя в руки, неопределенно пожал плечами, нехотя ответив: