– Вы кто? – с ходу прекратив жевать, нахмурился парень, разглядывая генерала так, что тому захотелось ухватиться за рукоятку игольника.
– Человек, которому поручено предложить вам работу, – пошел ва-банк Волков.
– Да вы чего сегодня, сговорились, что ли?! – возмутился парень, в сердцах бросив на тарелку вилку.
– В каком смысле? – растерялся Волков.
– Вы уже третий, кто сегодня предлагает мне работу.
– И кто был первым?
– Служба безопасности местного банка. Предложили стать телохранителем для особо важных персон, приезжающих для решения своих вопросов с банком. А если вспомнить, чей именно это банк, то практически работать на планету Израиль.
– А второй?
– Вы столкнулись с ним в дверях. Такой субтильный малыш, который даже на местный стул присесть боялся. Думал, развалится. Но должен признать, местная мебель сделана на совесть.
– И на кого он работает? – уточнил генерал, вспомнив свое столкновение с гигантом.
– На какого-то богача. Тоже в службу безопасности.
– А имя он назвал? – не унимался Волков.
– Какой-то там Спектер. Понятия не имею, что за гусь, – равнодушно пожал плечами парень, возвращаясь к трапезе.
– Вы серьезно?! – растерялся Волков. – Вы не знаете этого имени?
– Да как-то не требовалось, вот и не интересовался, – хмыкнул парень, но потом, внимательно посмотрев на генерала, спросил: – А чего это вы вдруг в такой экстаз впали?
– Ладно. Будем говорить откровенно, – помолчав, выложил карты на стол генерал. – Я генерал-майор Волков Иван Матвеевич. Начальник отдела силовой поддержки службы внешней разведки Российской империи. Кто вы, я знаю. И встретились мы здесь не случайно.
– О как?! – отодвинув почти пустую тарелку, протянул Миша. – И какого хрена вам от меня надо?
– Скажу сразу. О вашей службе и всем остальном я знаю. И то, что вы не желаете иметь дела с имперскими службами, тоже. Говоря откровенно, лично я вашу позицию понимаю.
– Так какого черта время теряете? Что вам нужно? – начал заводиться парень.
– Ничего особенного. Нас интересовали факты по происшествию на узле перехода. Судя по некоторым данным, там произошло что-то необычное, но правления узла старательно прячет все данные. Сами понимаете, пройти мимо такого дела мы не могли. Но теперь, после того, что вы сказали про Спектера, я начинаю обдумывать и другие варианты.
– Это какие же? – не понял Михаил.
– Дело в том, что об этом человеке известно очень мало. Даже в лицо его видели лишь единицы, и при этом он является одним из самых богатых людей во всей обитаемой галактике. Откровенно говоря, точные данные о его финансовом положении не знает никто. Но сам этот гражданин очень часто всплывает в самых неожиданных местах. Точнее, всплывают его люди, но не стоит думать, что это частная инициатива.
– Это понятно, – отмахнулся Миша.
– Вот именно. И поэтому сделанное вам предложение меня очень обрадовало. Признаюсь, наша служба делала несколько попыток закинуть в его окружение своих людей, но все оказывалось впустую. Каким-то образом их раскрывали еще в процессе собеседования и заворачивали под каким-нибудь благовидным предлогом. После третьей попытки они даже предлог выдумывать не стали, сказав прямым текстом, что ни один агент разведки в окружение хозяина не попадет.
– Интересно. Но от меня-то вы чего хотите? – помолчав, спросил Миша.
– Я уполномочен предложить вам работу. Станете офицером внешней разведки, и на этот раз уже никакая сволочь не посмеет сломать вам жизнь. Мы своих не бросаем.
– В армии тоже так говорили, – грустно усмехнулся Миша. – А когда дошло до дела, обошлись, как с паршивым щенком. Командир полка только бился, да что один полковник против кучи генералов сделать может? Так что вы меня не убедили.
– Понимаю, – вздохнул Волков. – Но подумай, просто подумай. Если для простого разговора с тобой гонят целого генерала, это что-то да значит?
– Да хрен ваши игрища разберешь, – пожал плечами Миша. – Может, решили просто на психику надавить. Карьеру снова делать? А нужна мне эта карьера? Это когда я зеленым лейтенантом был, думал, до больших звезд дослужусь, родовое дворянство выслужу, а в итоге?
– Ну, насчет дворянства обещать не буду, не моя компетенция, а вот карьера и жалованье серьезное, это будет. По крайней мере, не придется думать о том, чем завтра за кусок хлеба заплатить.
– А мне и теперь не придется, – усмехнулся Миша. – Израильтяне оказались людьми не только очень благодарными, но и очень щедрыми, хотя слухи о них ходят совсем обратные.