Саргенто горестно махнул рукой.
— А вы откуда всё это знаете? Резидентура доложила? — недоверчиво нахмурился Борис.
— Тут и резидентуры не надо. Всё и так известно! — Зубров-«Кабо» раскрыл чёрную папку, которую принёс с собой и положил на стол. — Смотри!
Это оказалась не папка вовсе, а что-то вроде большого тонкого телекома. Николай нажал центральную клавишу, и экран засветился зелёным.
— Совсем недавно это было, неделю назад! — пояснил старший космонавт. — Заседание рабочей группы по переходу к рыночной экономике. Во главе с Ельциным, в его кабинете.
— Ельцин, это кто?
— Председатель Верховного Совета РСФСР. Выступает за рыночную экономику. Фактически мы присутствуем в начале конца СССР.
— А вы тут, значит, за ним шпионите с помощью хитрого устройства?
— И не только за ним. На Земле-7 к этому моменту уже появился интернет, а мы к нему просто подключились. Есть такие возможности. Связь между Землями можно наладить с помощью гиперкома. Звук не включаю, тут и так всё понятно. Смотри, как жестикулирует. У него на левой руке двух с половиной пальцев не хватает. Сам рассказывал, что в детстве с ребятами со склада украли гранату. Захотел посмотреть, что у неё внутри.
— Это он заявил: «Берите столько суверенитета, сколько можете проглотить?» — оживился Кабо.
— Он. Видно, мало ему было той гранаты. Теперь ещё мину под весь Союз подкладывает... Эх, какая страна пропадает! — Феоктистов-«Саргенто» в сердцах захлопнул папку-телеком.
— Может, обойдётся? — Сафонов с надеждой заглядывал в глаза космонавтов.
— Ничего не обойдётся! — Владимир ожесточённо стукнул кулаком по столу, да так, что чайные ложки на столе подпрыгнули. — Он страну подрывает, как ту гранату. Посттравматический синдром. Контроль над эмоциями отсутствует, логика в стрессовых ситуациях не работает.
— И что, ничего нельзя сделать? — Сафонов не сдавался.
— Да есть тут одна задумка… — Саргенто и Кабо переглянулись. — Об этом пока вслух не принято говорить, но ты наш в доску, тебе-то можно. Но только осторожно. И немного позже.
* * *
Сегодня Борис ещё спал, а Феоктистов уже заглянул к нему в комнату:
— Подъём!
— ¡Sí, señor sargento!
Пробежка перед завтраком — теперь обязательный утренний моцион. Когда после десятикилометрового кросса побывали в душе и увлеченно растирались махровыми полотенцами, Владимир спросил:
— Слушай, почему ты меня «Саргенто» называешь?
— Понимаешь, я в 1938-м году в Испанию собирался, помочь нашим с Франко сражаться. Мой первый комбриг, Яков Владимирович Смушкевич, там как раз противовоздушной обороной Мадрида руководил. Очень хотел повоевать под его началом. Испанский надо было знать, пошёл на курсы при Витебском пединституте. Учительница там у нас такая хорошая была. На первом же занятии заявляет: «Борис, а почему вы так картавите? Это не испанское произношение!» Я смутился и говорю: «Это у меня с детства. Как уж со мной ни боролись, заставляя повторять скороговорки разные с буквой «р», ничего не получалось. Одну до сих пор помню: «На горе Арарат растёт красный виноград». Твердил, твердил, но только смешнее выходило. Так и не смог переучиться. Даже в школе надо мной ребята немного подтрунивали».
— Выходит, она научила? Сейчас ты совсем не картавишь. Наоборот, очень чётко «р» выговариваешь. А ведь взрослых переучить практически невозможно!
— Представь, научила. Объяснила, что надо вибрировать кончиком языка, приблизив его к бугоркам за зубами — альвеолы называются. Строго говоря, у меня сейчас не русское «р», а испанское. Звуки очень похожи. Но и потрудиться пришлось, конечно. Целый месяц, прежде чем что-то сказать, себя контролировал: слова с буквой «р» в уме проговаривал и только потом тщательно вслух произносил. А потом постепенно привык.
— Хвалю за упорство и настойчивость! — Феоктистов внимательно посмотрел на Сафонова. — Нам такие старательные и прилежные очень нужны. Пойдём завтракать, а потом важный разговор предстоит.
Вскоре космонавты привели Бориса в «красный уголок» — так они по привычке называли зал для чтения и с видеоматериалами для просмотра. Там можно было уютно устроиться в мягких креслах за круглым журнальным столиком, почитать книгу — любители могли заказать даже бумажный вариант — или посмотреть учебные материалы из самых разных областей: по культуре, истории, иностранным языкам, естественно-научным дисциплинам, военному делу.