— Здравия желаю, камрад оберфельдфебель! — весь экипаж почему-то гордился особым поощрением командира. Педантичного справедливого Штрассла, единственного, кто имел боевой опыт, подчинённые любили. К немалому удивлению австрийца. Он всё ещё подсознательно считал, что его должны упрекать за службу в армии вражеского государства. Но жителям Метрополии, похоже, та давняя война Окраинного мира была мало интересна.
— Стандартный комплект, командир? — Палыч уже вытягивал из шкафчика тонкий эластичный гидрокостюм.
— Нет. Только дыхательную маску. Хочу почувствовать их всем телом.
[1] Иди сюда! (сомали)
[2] Стоять!
[3] Имя!
[4] Ясно, господин!
[5] Хорошо, господин.
[6] Не верю.
Глава 5
1990 год, 16 августа. Земля-1. Западная Сибирь
— ¡Arriba! ¡Alerta!![1] — сорвал Бориса с постели командный рык. Сначала среагировал лишь на интонацию, кубарем скатившись к одежде, а затем дошёл и смысл фразы. Саргенто снова развлекался. Вот только сам он стоял в дверях почти обнажённым. Если не считать узкой полоски очень грубой дерюги, прикрывшей причинное место.
— Отставить одевание! — Инструктор перешёл на русский и бросил Сафонову такой же широкий «ремень». — Боевой выход!
В коридоре обнаружился и Кабо в аналогичном одеянии. Его необыкновенно отрешённый вид даже встревожил подшефного.
— Твой сектор — левая задняя треть!
— Понял!
Хотя как раз понятного-то не было. У самого здания ждал десантный антиграв, ощетинившийся сквозь броню жерлами бластеров и автоматических пушек. Как только троица голых пилотов запрыгнула внутрь, аппарат вертикально стартовал и присоединился к висевшей в небе эскадрилье. Причём, два звена в ней вообще составляли тяжёлые штурмовики!
«Это — точно не шутка!»
На полу десантного отсека сидел по-турецки крайне примечательный персонаж, словно явившийся прямо с этнонационального фестиваля — похожий на индейца смуглый, узкоглазый мужчина лет сорока-сорока пяти, с длинными чёрными волосами, заплетёнными в две жидкие косички и спускавшимися на грудь с обеих сторон полукруглой шапочки, отороченной мехом. Тело закрыто чем-то вроде длинного коричневого платья с бахромой снизу. Рядом лежал большой кожаный бубен и причудливо изогнутый чурбачок колотушки.
— Не смотри ему в глаза! — приказал Феоктистов.
— Почему? — Сафонов как раз увидел их грустную мудрую глубину.
— Проводку на фиг спалишь! Экранироваться-то ещё не умеешь!
Похоже, балтийцы опять шутили. Коля слегка коснулся локтем:
— У товарища Дансарана очень мощная биоэнергетика. Реально можешь что-нибудь у себя коротнуть сдуру. В розетку же голыми пальцами не лезешь? А глаза — это естественные излучатели любого организма.
Сафонов пристыженно кивнул. Опять эта околонаучная мистика. Как с его психоматрицей-«душой». Хотя, всегда же можно просто спросить:
— А это тоже связано с теми материалами? Я их вчера прочёл.
Честно говоря, вёдер помоев и моральной грязи, что узнал о пришедшем к власти в РСФСР Борисе Ельцине и шайке его «младореформаторов», хватит на несколько громких «расстрельных» процессов над изменниками Родины, а лично Сафонову — ещё на несколько бессонных ночей.
— Нет, Феоктистыч! — покривил губы Саргенто. — Пусть пока поразвлекаются, твари. Напоследок. Надеюсь, у земляков хватит ума самим с ними разобраться... Тут жёстче беда — на «Десятке» полный разгром! Дикие вошли в подпространство и раздолбали все орбиталы. И связные, и боевые. Ребята из отдела товарища Дансарана говорят, что на поверхности там сейчас ещё жарче. Мочат твари наших почём зря. Здесь только успевают всплески уходов мёбов-партизан фиксировать... Помнишь, я говорил тебе про вспышки разума в океане вселенной? Так вот эти ребята чувствуют смерти наших товарищей на Земле-10. А помочь мы им ничем не можем. Почти. Уже весь отряд Солдат Сумерек там. Рубятся на низких орбитах и в подпространстве с истребителями Диких. Как над Кубанью в сорок третьем. Главное, психоматрицы пацанов сейчас пачками безвозвратно теряем!
— А что было над Кубанью?
— А, ну да! Там в 1943-м разгорелись самые ожесточённые сражения за господство в воздухе. Люфтваффе, наконец, проиграло.