Даррен Альдрин
Поезд медленно покидал Хивер, и за окнами открывалась степь. Бескрайние просторы простирались до горизонта, редкие деревья и кустарники разбавляли однообразный ландшафт. По мере движения виднелись небольшие поселения с глиняными домами и загонами для скота.
Внутри вагона Хайзер смотрел в окно, Эмили изучала карту, а Лоррен сидела, опустив взгляд на свои руки. Фархад разговаривал с двумя бойцами, что сидели рядом.
Чем ближе поезд приближался к Хильзену, тем больше менялся вид за окном. Появились возделанные поля, кирпичные строения, а затем на горизонте стали виднеться фабричные трубы и крыши зданий.
Вокзал города Хильзен представлял собой массивное строение из серого камня с арочными окнами. На фронтоне возвышались часы. Платформа была широкой, заполненной людьми, багажом и телегами. Торговцы стояли вдоль перрона с разложенными товарами, а стража следила за порядком.
Хайзер первым сошел с поезда, за ним Эмили, Лоррен и Фархад. Вокруг них бурлила жизнь, люди двигались к выходу, а носильщики торопились забрать багаж. Фархад указал на одну из улочек, ведущих вглубь города.
На втором этаже роскошного ресторана, оформленного в теплых золотисто-коричневых тонах, звучал приглушенный смех и тихая музыка. Гости, одетые в изысканные наряды, неспешно общались за бокалами шампанского. Стены были украшены картинами с пейзажами Хизарии, а из больших окон открывался вид на вечерний Хильзен, освещенный множеством фонарей.
В центре зала, окруженный группой чиновников, стоял Донни Ди Вайо с бокалом шампанского в руке. Его уверенный голос привлекал внимание всех, кто находился рядом.
— Он описывал город Хильзен как бесконечный праздник и веселье, — начал он, слегка подняв бокал. — Его душа стремилась к таким людным местам. В Хетебурге, конечно, людей много, но город сероват из-за бесконечного холода.
Гости улыбались и кивали, прислушиваясь к рассказу. Донни сделал паузу и с легкой усмешкой добавил:
— Отец не любил холод. Я помню, как он говорил: “Невозможно привыкнуть к этому! Выходит на улицу и не понимает, как можно жить при такой погоде.”
Гости рассмеялись, а Донни, взглянув на них, сделал небольшой глоток шампанского и продолжил:
— Вот и Хильзен стал для него идеальным местом. Город, где всегда жизнь, всегда движение.
Его слова поддержали одобрительным шумом, а в зале тем временем продолжали собираться все больше гостей. Слуги разносили закуски и напитки, а официанты с идеально выверенными движениями следили за порядком. Атмосфера была насыщена элегантностью и ожиданием предстоящего торжества.
Харрен стоял перед зеркалом в гримерной, поправляя строгий черный пиджак, который идеально сидел на его высоком стройном теле. Его короткие волосы были аккуратно уложены, а тонкие очки подчеркивали его интеллигентный вид. Ему было 22 года, и он казался спокойным, но в его глазах читалась легкая напряженность. Внезапно раздался стук в дверь. Харрен обернулся и увидел Эмили, которая вошла в комнату. Она выглядела впечатляюще: бирюзовое платье подчеркивало ее высокий рост и изящество.
— Какой красавец, настоящий жених! — воскликнула она и радостно обняла его.
Харрен засиял от радости:
— Эмили, мы думали, тебя не будет.
Эмили посмотрела на него с улыбкой:
— Возникли трудности в лагере. Амир пытался захватить власть, но нам удалось его утихомирить.
Харрен резко нахмурился:
— О господи, надеюсь, вы убили его.
Эмили кивнула, добавляя с ноткой легкости:
— Да ладно, сегодня важный день. О, Харрен, как же я рада за тебя. Надеюсь, этот союз будет в первую очередь удачным для тебя.
Они еще раз обнялись. Харрен, наконец, расслабился и на мгновение забыл о политических интригах, сосредоточившись на предстоящем событии. Харрен взглянул на Эмили с легкой улыбкой:
— Ты чудесно выглядишь.
Эмили, слегка смутившись, ответила:
— Спасибо, Харрен. Я все не могу найти Даррена. Ты не знаешь, где он?
Харрен, поправляя манжеты, спокойно ответил:
— Он в гостинице рядом с рестораном.
Эмили поблагодарила его и вышла из гримерной. Харрен подошел к окну, провожая ее взглядом. Он долго смотрел, как она уверенно идет по дорожке, и, будто задумавшись, задержал взгляд на ней, пока фигура Эмили не скрылась за углом. В гостиничном номере на первом этаже, освещенном приглушенным светом, в черном костюме сидел Даррен Альдрин. Ему было двадцать восемь, высокий, с подтянутым телом и уверенным взглядом. Его черные волосы были аккуратно уложены, а осанка выдавала опытного воина. На стене напротив висел длинный меч, рукоять которого слегка покачивалась, будто от невидимого дуновения.