Сильный толчок; мышцы послушно отправляют тело вверх, оставляя под собой автобус, перегородивший дорогу. Виктория приземлилась на все четыре конечности, некоторое время бежала так, потом поднялась на ноги. Не то чтобы так было удобнее, не хотелось уподобляться животному. Недавно очистившийся разум требовал быть человеком, насколько это вообще возможно. Легкие работали как кузнечные меха. Вдох-выдох, вдох-выдох. Вперед, вперед, вперед. Нет, теперь в сторону. Те, кого она искала, пошли не по проспекту, свернули. Успеет ли? Должна успеть, просто обязана.
Рядом показалась та самая куча кирпича, от которой еще недавно шарахнулся Бизон сотоварищи. Щупальца ее неведомого обитателя до сих пор обшаривали все вокруг в надежде, что кто-то достаточно глупый все же попадется. Виктория не собиралась огибать это препятствие, она просто хотела перескочить эти щупальца, попутно располосовав их когтями. Но этого не понадобилось. Почуяв исходящую от Виктории опасность, щупальца втянулись назад под кирпичную крошку. Довольно рыкнув, она побежала дальше. Это сколопендры были безмозглыми и жили только тем, чтобы что-нибудь пожрать. Другие же мутанты, обладающие хоть каким-то мало-мальски развитым инстинктом самосохранения, предпочитали укрыться, не вступать в схватку со сверхсуществом, которое было не только сильным и выносливым, но и достаточно умным.
В ноздри шибануло запахом бензина, горючей смеси. Значит, уже совсем рядом. Вот и брешь в заборе. Оказавшись на территории завода, она на несколько секунд замерла, пытаясь сориентироваться; поводила носом из стороны в сторону, точно собака, принюхиваясь и широко раздувая ноздри. Запах бензина стал резче, к нему примешался запах давно немытых тел, пороховой гари. Туда, бегом, через пустой коридор, в пыли которого можно было рассмотреть следы от мотоциклетных шин.
Огромный цех появился как-то сразу и неожиданно. Она резко затормозила. Вовремя. Те, кто находился здесь, ее не заметили. А вот она заметила ту, ради которой так стремилась сюда. Сердце учащенно забилось, готовое вырваться из грудной клетки. Успела. Успела! Но вместе с радостью пришла и ярость - она заметила двух мужчин в защите, запах которых она помнила еще по метро, незадолго до своей так называемой смерти. Это они во всем виноваты! Это они вели ее дочь неизвестно куда, словно животное на заклание! Остальных она не знала, не чувствовала раньше - полуголые варвары, но тем не менее вооруженные. Один из этих новых, самый здоровый из всех, уже сажал Катю на мотоцикл. Нет, нет, нет! Этого никак нельзя допустить! Неужели ее опять увезут, и снова придется рыскать по городу, чтобы отыскать родную кровь? Ни в коем случае!
Бесшумно передвигаясь от одного станка к другому, она приблизилась достаточно близко, чтобы атаковать. Кто будет первым? Дикари не казались такой уж большой угрозой, за исключением бугая, явно бывшего у них за старшего. Больше опасений вызывала та самая знакомая парочка. Особенно тип в каком-то навороченном костюме. Интуиция подсказывала, что этот был самым опасным. Тогда сначала следует убрать его, после главаря дикарей, а там уже по обстоятельствам. Отключить человечность, погасить ее на какое-то время, оставив только безудержную ярость и холодный расчет. Перед ней те, кто перестал быть людьми давным-давно. Те, кто не заслуживает спасения, но достоин наказания.
Дикий, на пределе возможности, прыжок, молниеносное движение лапой-рукой - и человека в костюме отбрасывает метра на четыре в сторону. Теперь дикарь. Хлесткий удар наотмашь пришелся в пустоту. Каким-то чудом буквально за доли секунды Крыс отступил на два шага назад. Этого хватило, чтобы когти со свистом рассекли воздух, не причинив вреда. Устрашающий рев, сотрясший весь цех, бросок влево - и еще два дикаря падают на пол, скрючившись и держась за глубокие рваные раны. Сзади зло затявкал автомат - это включился в дело замешкавшийся Рохля. К нему подключилась личная охрана Крыса. Виктория почувствовала, как что-то обожгло плечо, нырнула за ближайший станок. Пули с противным визгом рикошетили от металла, высекая искры, сбивая ржавчину и краску.
- Гранату кинь! - это Крыс проорал Рохле.
- Самих накроет нахрен!
Виктория не слышала, как главарь Стервятников выругался и принялся лихорадочно заводить мотоцикл. Тот почему-то заартачился, не желая заводиться. Крыс в сердцах пнул ни в чем не повинный механизм, еще ожесточеннее принялся дергать кикстартер. Видимо, техника не захотела дальше терпеть такое варварское отношение. Мотоцикл несколько раз надрывно кашлянул, выпустив из выхлопной трубы кольца черного дыма, потом затарахтел ровно, готовый к поездке.
И вот этот звук Виктория услышала. Волна гнева захлестнула ее - Катю сейчас увезут! Выпрыгнув из-за укрытия, она метнулась к Рохле. Тот от неожиданности сделал шаг назад, споткнулся, выпустив очередь в потолок. Не дожидаясь, пока противник поднимется на ноги, Виктория проломила грудную клетку дикарю, возомнившему себя героем и вставшему у нее на пути. Этих нескольких секунд хватило Крысу, чтобы тронуться с места. Не обращая внимания на хлам и умело лавируя, он все быстрее приближался к выходу из цеха. Виктория бросилась за ним, уже нисколько не заботясь о тех, кто остался у нее за спиной. Над головой просвистела арбалетная стрела, но она этого даже не заметила. Перепрыгивая через препятствия, она пыталась догнать того, кто увозил прочь ее Катеньку. Но, каким бы сильным и выносливым не был мутировавший организм, тягаться с железным конем ему оказалось не под силу - мотоцикл стремительно удалялся. Выскочив из цеха, она уже не увидела Крыса, лишь услышала звук мотора, который становился все тише и тише. Взвыв от отчаянья, Виктория побежала в том направлении, прекрасно понимая, что даже она не сможет продолжать такую гонку вечно.
После муторной процедуры дезинфекции и досмотра их пропустили на станцию. Алексей не потащил всех за собой к Профессору, отправив их побродить по "Октябрьской". Отряд не пришлось долго упрашивать - день оказался насыщен событиями, поэтому от отдыха отказываться стал бы разве что дурак. Завидев небольшой костерок возле выхода из туннеля, направились туда; если и можно было где-то хорошо отдохнуть, так это возле огонька да с хорошей компанией. Возле этого костра сидело двое мужчин, скорее всего охрана - первый пост. Метров через сто-сто пятьдесят в сторону "Института культуры" должен был находиться второй.