Сегодня утром вам были отправлены образцы кристалла. Предполагаю, вы успели их получить и ознакомиться с документами. После обнаружения над образцами никаких опытов не проводилось, а потому вам придется действовать вслепую. Не сомневаюсь в ваших познаниях и желаю удачи от себя и руководства.
С уважением, Наумов Максим Георгиевич».
Раздосадованный Петров выключил компьютер. Желания открывать столь великодушно предоставленные документы не было.
«Ваше предложение нецелесообразно…» Впрочем, этого стоило ожидать! Еще не получив степень, Петров выучил важнейшую истину: экономическая целесообразность — единственное, что действительно беспокоит инвесторов. Руководство просто не увидело смысла в трате бюджета.
Петров понимал: в этом есть и его вина. Даже откровенно идиотскую идею можно презентовать так, что в нее будут инвестировать, причем любые деньги, лишь докажи, что твоя затея того стоит. Вот, например, тот американский стартап по созданию химерных мамонтов. Проект собрал кучу средств и сдулся, провал оправдали экономическим кризисом. И это далеко не первый случай, когда науку использовали как способ обмана населения и правительства. Взять того же Акимова. Черт! Да этот шарлатан знатно опустошил государственную казну своей программой исследования торсионных полей! Прикрываясь неподтвержденной теорией, «доктор наук» присосался к бюджету, вытянул из него пятьсот миллионов рублей и, что самое удивительное, умудрился выйти сухим из воды!
А сколько стоящих идей остались без финансирования? Петров ни секунды не сомневался, что его проект модернизации реактора важен и нужен. Более того, он сделал его по своей инициативе, не попросив ни копейки! Акт доброй воли, два месяца сверхурочной работы, желание спасти множество жизней в случае катастрофы, и что в итоге?!
Ну и черт с ним! Отдав всю жизнь науке, Петров знал, что рано или поздно получит отказ. В каком-то смысле ему даже повезло, что это случилось только сейчас.
Более того, теперь у них будет новая лаборатория. На новой станции, построенной специально для их исследований. «Исследование аномальных материалов» — вот он, следующий шаг в его научной деятельности. А Виталий? Он совсем молодой, сможет сделать на этом имя! Да мы от счастья прыгать должны!
Петров легко улыбнулся и встал. Пора идти!
IV
Виталий сверлил взглядом оранжевые образцы, но едва появился Петров, переключил все внимание на него.
— Игорь Павлович, у вас все в порядке?
— В полном. — Петров отметил, что прозвучало это крайне неубедительно, однако Виталий успокоился. — Ты успел ознакомиться с бумагами, которые я тебе дал?
— Да. Удивительно, с каким энтузиазмом тогда подходили к работе! Руками, в общем, трогать можно! — Он засмеялся. — Однако я не понимаю, что именно вы хотите сейчас проверить. До нас уже было сделано все что только можно.
— Та информация не более чем отрывок из полной версии. Самое важное ты уже знаешь, но… В файлах есть фрагменты допроса выживших членов исследовательской группы…
— Стойте-стойте! Выживших?! Лаборанты не докладывали о чрезвычайных ситуациях. Образцы описываются как абсолютно безопасные.
— Образцы действительно безопасны! Я говорю о геологах, которых отправили на Урал. Из девяти человек вернулось четверо. Причин смерти в документе нет. Я отправлял дополнительные запросы начальству, но те сказали, что люди пропали без вести при сходе лавины. Волноваться, мол, нечего.
Так вот. Геологи утверждали, что в гроте, где они нашли кристаллы, не было источников света. Однако в полдень, когда в пещеру стали попадать солнечные лучи, она вся засияла. Причем так ярко, что было трудно зайти внутрь. Они выяснили, что кристаллы странно отражают свет, но не поняли, в чем дело. Если у нас получится повторить их эксперимент, я хотел бы услышать твое мнение. Верю, что ты найдешь такое объяснение, о каком исследователи прошлого и подумать не могли, и мне хотелось бы стать этому свидетелем.