— Из-за нашего восприятия мы всегда видим образец однозначно.
Виталий внес коробку в луч лампы. На стене появилась четырехугольная тень.
— Как мы не посмотрим на кристалл, он всегда остается нормальным.
Он стал поворачивать коробку под прямыми углами — тень хоть и меняла форму, оставалась четырехгранной.
— Именно поэтому они ничего не нашли! И поэтому кристалл кажется нам аномальным! Мы не находим в его строении ничего необычного только потому, что не можем это увидеть. Что, если кристалл четырехмерный?! В таком случае в нашем трехмерном пространстве мы просто неспособны увидеть полностью его структуру. А вдруг он куда многограннее?
Виталий медленно повернул коробку. Тень стала шестигранной.
— Это все объясняет! Попадая в кристалл, лазер проходит через четвертое измерение! Именно поэтому энергия в системе продолжала возрастать, когда я убрал указку. С нашей точки зрения входящего луча уже не существует, но кристалл вполне мог черпать энергию из момента, когда он был. Звучит безумно, но это действительно объясняет все! Энергия не берется из воздуха! Закон термодинамики не нарушается. Кристалл работает как конденсатор, потому что черпает энергию от миллионов указок. А в закрытой системе каждый отдельный образец приобретает еще больше энергии от множества версий предыдущего. Как вам?
— Неплохо, но теперь скажи мне, почему лазер меняет свет и что нам с этим можно делать?
— Его элементарные частицы преобразуются в принципиально новые из-за огромного повышения энергии. Нам следует изучить сами частицы, и потом можно будет сделать какие-либо выводы. А вот что с этим делать? Не думаю, что это сработает с электричеством — никакого тебе вечного двигателя. Но тем не менее, у нас есть шанс получить сверхзаряженные частицы. Возможно, заряженные так сильно, что они будут способны выпадать из нашего мира… Неужели мы можем создать что-то вроде портала? Этакая безопасная версия гравитационной сингулярности?
Он безнадежно улыбнулся, предвидя разгром своих соображений, но Игорь Павлович выглядел довольным.
— Я не ошибся в тебе! Если честно, даже недооценил. Сам-то я пришел к выводу о многомерности кристалла лишь на вторую неделю отпуска, а ты сразу додумался!
Геологи нашли грот благодаря странному поведению компасов и свету из пещеры. То, что они там увидели, назвали аномалией. Некое золотое облако. Ненцы не посещали те места именно из-за этого свечения. Аномалия исчезла меньше чем через минуту после того, как они вошли в пещеру. Дело было зимой, и солнце заволокли тучи. Геологи не успели сделать никаких замеров или снимков. Но, естественно, внесли наблюдения в журнал. На месте грота построили секретную базу. В пещеру больше не проникали преломленные снегом гор солнечные лучи, и аномалии перестали появляться. К сожалению, воспроизвести природный феномен не получилось. Но это не значит, что не получится сейчас. Для нас уже построили отдельную лабораторию на совершенно новой станции!
Глаза Виталия засветились.
— Решил сделать это для тебя сюрпризом. Прости уж. Завтра переезжаем туда и начинаем работать над тем, что изменит наше представление о мире. Проект полностью наш. Предлагаю начать с прототипа. Начальство сказало, что, если нам понадобятся инженеры для постройки полноразмерной машины, нам выделят лучших в комплексе.
— Вы не представляете, как я рад!
— Представляю. Но сегодня, пожалуйста, отдохни. Завтра будет сложный день!
V
Первый день и правда выдался не самым легким. Пришлось заехать в номер жилого модуля, проверить старую лабораторию, получить кристаллы, а теперь предстояло дочитать все присланные ранее документы.
Последним был дневник одного из геологов. Поначалу, получив сканы всех материалов, он сразу отсеял дневник. На фоне лабораторных журналов и исследовательских записей тот выглядел бесполезным. Всего лишь поток рассуждений, довольно несвязных и наполненных избыточной информацией.
Петров решил не останавливаться на середине лишь потому, что теперь, сидя в тесном, напоминавшем келью номере, хотел отдохнуть, позволив разуму блуждать, погрузившись во что-то незамысловатое.
«В дозоре. Вчера утром ненцы отказались идти дальше, несмотря на все наши уговоры, будь то материальное благо или служба стране. Теперь нас только восемь. Петр следит за чайником, а потому выдалось время на записи.