Возможно, писать сейчас глупо, но нет лучше способа справиться с буйством эмоций после вчерашний потери. Прошлой ночью Евгений Гросман, студент-геодезист, стоял в дозоре. Неизвестно, как это получилось. Снегирев клянется, что отвлекся буквально на минуту и Гросман исчез. Сказал, что отойдет ненадолго, и просто растворился в лесу. Никто не слышал криков, треска, звуков борьбы, ничего. Он просто пропал. Снегирев звал Женю, ходил вокруг лагеря, но так и не нашел следов.
Утром мы отыскали пару кусков его плюшевой куртки и следы крови. Матвей Герасимович, наш орнитолог, сказал, что Женю утащили волки. Логичное предположение. Зимой да еще и в такой дикой местности нападение волков на людей — обычное дело. Но Матвей Грибалев не охотник. А ненцы — охотники. Они сказали, что это точно не волки. Что наверняка знают, как определить и предотвратить их нападение, и что ни тут, ни дальше по маршруту волки не водятся.
Тогда Матвей спросил, знают ли они, что это за зверь и что с ним делать. Ненцы долго молчали, но все же сказали, что смерть Жени была платой за вторжение на землю Кынь-Лука. По их словам, ночью из дыры к лагерю пришли «посланцы преисподней», а собаки чувствуют появление дыр и прошлым вечером вели себя странно. Мы зашли на проклятую землю. Они в этом не сомневаются и отказываются идти дальше. Умоляют нас пойти с ними. Не подниматься на гору, ведь она проклята.
От их суеверности у меня разболелась голова. Какой бы ужас ни произошел, оправдывать это проклятьем и нападением демонов просто иррационально. Однако страх охотников был самым настоящим. Кроме того, в своих диких предрассудках они невероятно милы. Они действительно волновались за нас, умоляли одуматься, но научный скептицизм помог нам остаться непреклонными.
Тогда они спросили, как скоро мы планируем вернуться. Получив ответ, сказали, что через пять дней будут ждать нас на границе проклятой земли (место нашей позавчерашней ночевки). Но если мы не придем в тот день или до ночи следующего, они уйдут без нас.
С собой они дали нам большую часть припасов, объяснив это тем, что смогут добыть еду сами, а нам не следует тратить время на охоту и необходимо вернуться как можно скорее. На прощанье добавили, что будут очень просить невидимого человека не дать нам умереть.
Перемены в поведении животных действительно произошли, но вероятнее всего их просто слишком загоняли. В любом случае, открытые равнины сменились горным лесом, а потому нам все равно пришлось бы продолжать путь без собак.
Так или иначе, с утра мы остались одни. Несмотря на это, путь был вполне посильным. Ничего странного нами обнаружено не было. Никто на нас не напал. Никаких демонов.
Выпил чаю. Петр пошел в палатку. Минут через десять ему на смену должен прийти Грибалев. С начала экспедиции он уже описал и сфотографировал два новых вида птиц. Что ж, должно быть, он будет в восторге. Прямо сейчас я слышу кругом незнакомое мне низкое уханье. Сначала оно было совсем тихим и отдаленным. Теперь птицы подлетели ближе. Наверное, местный вид сов. Интересно, что Матв <…>
Сегодня я не пойду спать! Услышав хруст снега, я развернулся, и оно было там. На границе света костра и тьмы. Огромное. Не меньше медведя. <…>, глаза на уровне глаз человека, а может, еще выше.
Сначала я увидел светящиеся глаза. Потом разглядел мерзкую морду. Нос и передняя часть пасти лысые, покрыты <…>. С середины головы начинается густое <…>, которое я сначала принял за шерсть. Над огромными волчьими глазами <…> растут маленькими хохолками, создавая иллюзию рожек.
Оно подкрадывалось ко мне. Не думало, что я его замечу. Стоило мне развернуться, оно спряталось в темноту. Невероятно быстро. Почти молниеносно. Вскоре из тьмы я увидел его глаза. Оно отдалилось, но все еще наблюдало. Выжидало. Взяв горящую палку из костра, я разбежался и метнул ее в тварь. Та взвизгнула. Должно быть, от страха, а не от боли, поскольку я точно видел, что палка быстро потухла, приземлившись в снег. Однако пусть свет огня был тусклым и освещал существо совсем недолго, я успел разглядеть его огромные лапы, когтистые <…> и длинный хвост.
Матвей прибежал на мой крик, но к тому времени существо уже исчезло во тьме. Исчезло тогда, но сейчас мы пьем чай и слышим ужасное <…> из темноты. Ненцы были правы, когда говорили, что Женю утащили <…> волки. Теперь я в этом не сомневаюсь. Мы обязательно расскажем остальным, но наутро мы не пойдем обратно. Наша миссия очень важна, и у нас есть ружья для самозащиты. Даже если они не помогут, чувство долга не даст нам вернуться назад ни с чем. Что бы за твари ни сновали во тьме, мы обязаны взобраться на гору. Не важно, кем считают их ненцы. Человек — венец мироздания, и ни один зверь нас не остановит».