Петров смутился.
— Ваша нога. Простите, но смотритель заповедника не несет ответственности за поведение животных.
VIII
Петров открыл глаза. В лицо бил свет мощной лампы. Он лежал на металлическом столе. По лбу бежал холодный пот. Он стал подниматься. Конечности поначалу казались ватными, но вскоре стали слушаться. Он на КПП, и он не один. С ним Виталий и Амалицкий. Остальных нет.
— Игорь Павлович, как вы?
Виталий подошел к нему и помог встать.
— В норме… Я в норме.
Правая нога перетянута окровавленным бинтом.
Амалицкий повернулся к нему от окна. Петров понял, что биолог в приподнятом настроении.
— Игорь Павлович, у нас хорошие новости! Дима и Аркадий добрались до радиоточки и смогли вызвать помощь.
— Где Андрей? С ними?
— Мы не знаем. Они сказали, что Афанасьев отбился от них и связаться с ним не получилось. Возможно, с ним все хорошо. В любом случае мы ничего поделать не можем. Остается только ждать. Военные прибудут в течение двух часов.
— Ждать нельзя! Не исключено, что у нас не осталось и часа!
— О чем вы?
— Реактор! В комплексе есть ядерный реактор. Если он остался без наблюдения, мог начаться рост цепи распада. Нам нужно торопиться! Свяжитесь с ребятами срочно и прикажите выбираться отсюда. Вы можете делать что угодно, но либо уходите подальше, либо идите со мной. Может, у нас еще есть шанс предотвратить взрыв.
— Но Игорь Павлович! — возмутился Виталий. — Насколько мне известно, даже если взрыв произойдет, комплекс уцелеет. И мы, и они достаточно далеко от реактора. Все постройки под землей. Более того, на станции реактора предусмотрена аварийная герметизация, так что радиации можно не опасаться.
— Те существа. Наиболее вероятно, что они проникли в комплекс через портал, правильно? Следовательно, порталы могут возникнуть без машины.
— Да, мы оба видели портал на станции через окна. Он был совсем маленький. Сам открылся минуты на три, а потом исчез. Если честно, у меня нет этому объяснения.
— Во время налета машину повредили. Разлом получил слишком много энергии. Мы продавили грань нашего мира слишком сильно. Именно поэтому порталы возникают сами, и нам повезло, если аномалия ограничивается пределами комплекса. А теперь скажи мне, Виталик, что происходит при ядерном взрыве.
— Помимо, собственно взрыва… ЭМИ.
— Да, ЭМИ. Сейчас плоскость продавлена, но не критично, без внешних воздействий она восстановится со временем. Но если реактор взорвется, произойдет всплеск электромагнитного излучения такой силы, что ему будет плевать на стены. Но главная проблема в другом. Это может расширить аномальную зону, увеличить мощность и частоту появления порталов. Пока мы встречали только мелких хищников, но это не значит, что там не обитает что-то покрупнее. Евгений Александрович, как думаете, я прав?
— Вполне вероятно…
— Если аномалия расширится, порталы могут появиться и на поверхности. До населенных пунктов отсюда не близко, но лично меня это не успокаивает. Мой долг — остановить это. Любой ценой. Вы идти со мной не обязаны. Я справлюсь сам.
— Я пойду! — Виталий сделал шаг вперед. — Это и мой проект тоже! Я не собираюсь сдаваться, тем более у нас есть шанс сгладить последствия.
— Я предпочел бы пойти с вами.
— Вы? — Петров посмотрел на Амалицкого так взволнованно, что тот смутился. — Вы не сможете помочь нам с реактором. Оставайтесь здесь или выбирайтесь. Не рискуйте!
— Вы правы! Я не смогу вам помочь, но, если пойду с вами, возможно, буду рисковать меньше, чем сидя здесь. Портал может возникнуть где угодно в пределах аномальный зоны. Следовательно, КПП не исключение. Держась группой, мы минимизируем угрозу от хищников, если такая возникнет. Более того, меня как биолога крайне волнует невероятное сходство встреченных нами животных с тероцефалами. Мне хочется узнать о другом мире как можно больше! Вы ученый, Игорь Павлович. И пускай мы исследуем разные аспекты мира, я уверен, что вы прекрасно понимаете мою заинтересованность.
Помолчав, Петров улыбнулся:
— Что ж, Евгений Александрович, вы правы. Я отлично вас понимаю!