Но сначала…
Первого военного утащили в вентиляцию, но они докладывали о том, что потеряли двоих. Да и тот мерзкий звук так близко. Должно быть, это тело военного. Едва ли она могла похвастаться умением обращаться с огнестрельным оружием. Но разве это слишком сложно?!
Ева вылезла из-под стола, но вспомнила про фонарь. Без него, конечно, можно обойтись, но как она будет читать указатели? А вот и он!
Она хотела включить фонарик, когда услышала мощный удар за спиной.
В тусклом свете ламп из ее бывшей камеры Ева увидела тень, появившуюся между ее столом и соседним.
Существо, похоже, выпрыгнуло из вентиляции и теперь медленно распрямлялась. Разглядеть его Еве не удалось, но она четко видела фрагмент теплого силуэта.
Девушка затаила дыхание. Существо принюхивалось. Подошло к ее столу. Остановилось. Снова втянуло воздух в ноздри. На секунду лаборатория погрузилась в тишину. Затем раздался долгий неприятный скрежет когтистой лапы по поверхности стола. Существо что-то обнюхало и бросило на пол, затем, издав похожий на кашель звук, двинулось между столами. Когда тень пропала из виду, Ева наклонилась вперед. На полу валялись окровавленные бинты и вата, пропитанная антисептиком.
Существо обошло ряд столов и остановилось. Тишина. Ева осторожно выглянула из укрытия. В тусклом свете отчетливо виднелись ноги медленно остывающего военного, однако тварь разглядеть не удалось. Похоже, она стояла у головы трупа и обнюхивала его.
Существо дернуло тело на себя, и то, шаркнув, скользнуло по полу. Теперь Ева видела только черные берцы убитого.
Шарканье и скрип ботинок по плитке приближались. Наверное, тварь волокла труп к вентиляции. Нужно выжидать, но как забрать оружие?
Справа показались сначала задние лапы, потом труп. Внезапно тварь отпустила тело, на секунду приникла к полу и подпрыгнула. Послышался металлический стук. Забралась в шахту?
Ева нагнулась, оставаясь под столом. Теперь она видела автомат, висевший на прикрепленной к разгрузке лямке. Просто так стянуть ремень не получится, придется отстегнуть минимум два зажима.
Казалось, животное ушло и можно попытаться забрать оружие. Но едва Ева приблизилась к краю стола, как одна отвратительная, похожая на человеческую руку лапа схватила мертвеца за плечо, а вторая за разгрузку. Рывок — и торс бойца, как и автомат, исчезли из виду. Еще один — и пропали ноги. Послышался металлический стук. Снова. И снова. Существо пыталось затащить добычу в шахту, однако часть разгрузки или автомат цеплялись за люк, не давая осуществить задуманное. Тварь издала протяжный, озлобленный рык и дернула со всей дикой силой и яростью. Тело скрылось в вентиляции с жутким грохотом.
Ева не вылезала из-под стола, выжидая и слушая, как существо удаляется, как шарканье и бренчание становятся все глуше.
Автомат забрать не удалось, но она успокаивала себя рассуждениями, что риск был слишком велик, а ее представления о стрельбе не выше уровня обывателя.
Наконец в лаборатории воцарилась тишина. Этим нужно было пользоваться, тем более, что время, по словам Андрея, поджимало.
Она осторожно выбралась из укрытия и вышла в главный коридор, а затем, включив фонарь, направилась в служебный.
Служебные тоннели здесь не отличались от тех, что она уже видела. Коридор в этом месте разделялся буквой Т, однако Еве не пришлось долго выбирать дорогу. В одном проходе фонарь выхватил огромный кровавый след на стене, так что другой на этом фоне выглядел более безопасным.
Больше получаса Ева плутала по тоннелям, пытаясь найти хоть какой-то указатель. Страшно подумать, как здесь ориентируются работники! Коридоры то сходились, то расходились, и с каждым новым поворотом Ева все хуже понимала, где находится и как вообще сюда попала. Голова начала идти кругом, а мысли стали путаться. Она почти потеряла надежду, когда в свете фонаря блеснула первая табличка: «Теплотрасса 1. Станция Инж. Модуль. Выход».
Теплотрасса… Все эти коммуникации на стенах действительно не могли вести в никуда. Это не «медикаменты», о которых говорили ученые, но, может, оно и к лучшему. Надо связаться с коллегами Андрея. Инженеры наверняка знают, как пройти от инженерного модуля до выхода.
Она остановилась и, разобравшись с кнопками, включила рацию.
— Прием?! Меня кто-нибудь слышит?