Андрей оглянулся. Никого. Здесь был только он, мертвые стены и десятиметровая колба. Ему стало жутко, он ощутил себя охотником за сокровищами, собирающимся опорочить тысячелетний саркофаг.
— Здесь кто-нибудь есть? — крикнул он что было сил.
Его слова вернулись к нему эхом.
— Что это за место? Кто это?
Снова эхо и тишина. Он был один, окутанный страхом перед неизвестностью, ожидающий увидеть нечто бесконечно древнее. Бесконечно иное.
Что ж, если что-то иное здесь и присутствовало, оно явно не считало нужным утруждаться, отвечая ему.
Во всяком случае, так он думал, пока снова не услышал рокот. Сменился оттенок, тон, ритм, но сам звук по-прежнему лился прямо в его уши, словно песня через блютуз, и резонировал, проникая внутрь головы.
— Ближайший портал в километре отсюда.
Тон мыслеволн был предельно спокойным, даже расслабленным. Казалось, у говорящего отсутствуют эмоции, что странно напоминало «здравый» внутренний голос Андрея.
— Тебе нужно обогнуть капсулу и идти прямо по коридору. Там автоматическая дверь. После нее пещеры. Систем безопасности нет. Будь осторожен. И еще. Ничего здесь не трогай. Оказать влияние на конденсатор тоже не пытайся. Механизм сейчас неактивен, мощности твоего прибора недостаточно.
— Прибора?
— Фонарь.
Андрея сообразил, что под словом «конденсатор» подразумевался кристалл. Однако вместе с этим пришло осознание того факта, что прямо сейчас он общается со стенами. Вот оно, Андрюх! Мы сходим с ума! А если не сходим? Тогда чувство, что за нами наблюдают, оказалось куда правдивей, чем хотелось.
— Теряешь ощущение реальности, не так ли? — Андрей вздрогнул. Говорящий словно копошился в его мыслях. — Я тоже. Не стой на месте. Я бы с радостью продолжил общение, но у нас обоих много дел и мало времени. Иди вперед. И не прикасайся к капсуле!
Тишина. Что это было? Невидимый наблюдатель исчез. Андрей повернулся к гигантской колбе. Объект внутри все так же медленно шевелился. Ладно. Он не будет это трогать. Что бы это ни было. Думать о том, сходит он с ума или нет, начнет, когда выберется отсюда. У него мало времени. Если голос не был игрой измученного сознания, он легко вернется в комплекс. Ему дали знать, где портал, остальное не имеет значения.
Он обогнул колбу, трусцой спустился по пандусу и переходящим в бег шагом двинулся в коридор. Он успел перевести дух после погони и задерживаться в проклятой гробнице не имел никакого желания.
Совсем скоро он нашел автоматическую дверь, и та благополучно открылась. Дальше тоннель был темным, но через пару минут появился тусклый свет. Подойдя ближе, Андрей не поверил своим глазам.
III
Пейзаж метрах в десяти-пятнадцати ниже напоминал инопланетную долину. На темных камнях пещеры переливались ковры из мхов, люминесцирующих циановыми и фиолетовыми оттенками. Сталагмиты, похожие на причудливые деревья, кутались в плащи из каких-то растений и грибов. Всюду бурлили озерца. Сильно пахло сероводородом. Вдали сиял едва уловимый золотой свет портала.
Андрей твердо решил, что это везение. Считать, что ему помогли указания голоса, не хотелось, ведь тогда придется признать неоспоримую реальность неведомого собеседника.
Предельно осторожно он спустился, убеждая себя пожертвовать парой минут ради целости рук и ног.
Внизу запах тухлых яиц стал невыносимым. Видимость тоже сильно упала. Андрей шел через густой влажный туман, из которого то и дело выплывали высокие каменные колонны. Без фонаря тут не пройти, не переломав кости, однако его луч был заметен и закрывал самому Андрею львиную часть обзора. Ему очень не хотелось привлекать к себе лишнее внимание. Маловероятно, что в пещерах обитают крупные животные, которые используют зрение, но после встречи с кровососущими тварями Андрея был уверен в одном: от этого места можно ожидать чего угодно.
Так или иначе, пока никого крупного он не встретил, зато под ногами кишели полчища самых разных существ. У холмиков люминесцентного мха неторопливо ползали толстые плоские черви, ярко-белого и розоватого цветов. Порой их было настолько много, что приходилось перепрыгивать их скопления. Какими бы мерзкими они ни были, давить их не хотелось: и черви целы, и ботинки чисты. По одному из сталагмитов медленно поднимался огромный, в две ладони, паук-телифон, как ни странно, не лишенный пигментации. Его камуфляж — ярко-черный в темно-синюю крапинку с голубыми полосами — несомненно, подходил для охоты в шапках мха.