Иван еще прислушивался к ощущениям, а его конвоиры остановились. Он, кажется, понял, что сейчас будет. Ну да, так и есть. Один приложил ладонь к датчику на металлической стойке, дождался сработки сканера, и набрал код.
Прозрачная перегородка с легким шипением отъехала в сторону, открывая вход в камеру. Не трудно было догадаться, что ему предложат войти. Иван сделал шаг внуть, развернулся и замер, глядя на четверых тюремщиков, а перегородка с точно таким же шипением поехала обратно. И как только вакуумный насос загерметизировал дверь, она стала стремительно мутнеть. Иван смотрел, как исчезают за перегородкой лица «архангелов» и мрачно скалился. Суки драные.
Когда его отрезало окончательно, обернулся, не без любопытства. Не терпелось осмотреть свой новый «люкс».
Это уже походило на тюрьму для «элиты».
Все цивильно, пол и стены покрыты пластиком, унитаз и раковина в левом углу сверками, никакой ржавчины. Правда, все серого цвета, но! Тут имелась встроенная в стены и пол мебель: койка, стул и стол. На столе лежал привычный сухпай, а койке - два комплекта в прозрачной упаковке. В одном он с первого взгляда определил некое подобие формы. В другом, стало быть, постельное белье.
Его явно здесь ждали.
Ивана впечатлило убранство его новой камеры! Даже мелькнула дерзкая мысль, что неплохо бы, чтобы ему провели сюда интернет. Еще бы бабу, так жизнь и вовсе станет сносной. Однако эта мысль тут же и испарилась, сменившись другой. С какой стати его сюда переселили?
Он осматривал камеру, касался рукой стен, пробовал ногой пол. По ощущениям, все было обшито тем же материалом, что и входная перегородка. Выходит, стены и пол могут менять прозрачность? Камера - трансформер? Однако.
Сейчас все поверхности были глухими и это создавало некое подобие приватности. Но ощущение было эфемерным и оттого еще более неприятным. Мысль, что за ним могут подглядывать, вымораживала. Иван сплюнул на пол и показал стене средний палец.
Потом, конечно, пожалел, что запачкал идеально чистый пол. Но плевок на его глазах впитался в пластик и исчез. Чистота снова была идеальной.
- Хренассе! - потрясенно бормотал Иван.
Интересная технология, домой бы такое, он бы горя с уборкой не знал. В голове пронеслись воспоминания из прошлого. Его привычная жизнь, квартира, в которой царил перманентный срач, и которую за двушку в две недели раз генералила девчонка из минимаркета. Пронеслось и ушло.
Чтобы вернуться домой, надо прежде как то выбраться отсюда.
Довольно лирики, сказал он себе. Снял грязную одежду, умылся и переоделся в чистое. Потом отъел немного рисовой каши с курицей из пайка и уселся на кровать. Прислонился спиной к стене. Закрыл глаза.
Итак.
На этот новый уровень его перевели не сразу, до того пришлось пройти три этапа. Подумав немного, Иван склонен был связывать каждый этап с той дрянью, что ему вкалывали. Инъекции.
А дальше у него возникла совсем уж неприятная догадка. Тюрьма-то большая, значит, рассчитана на большое количество заключенных. Вероятно, их сюда свозили пачками. Но первый барак в который его поселили, был пустым. Охренеть... Они попросту не выживали! Никто. А он, стало быть выжил.
Зубы стиснулись от злости на «зеленых». Экспериментаторы хреновы! Долбаные нацисты!
«Погодите, ребятки, дайте мне немного времени. Я выберусь и призову к ответу каждого из вас!», - пообещал он мысленно.
Стукнул в сердцах затылком в стену. И...
Услышал глухой стук в ответ!
Иван подорвался на койке, повернул ухо к источнику звука и замер, перестав дышать! Приглючилось? Легонько стукнул снова. Пришел ответ. Тепло стало разливаться по груди, Слезы радости навернулись на глаза. У него есть сокамерник через стену! Он осознал, что не один в этом аду!
Окрыленный эйфорией он зажмурил глаза и сжал ладони в кулаки, не веря собственному счастью, затем сделал над собой усилие, чтобы собраться.
Давай, Иван! Включай мозги!
Недолгая, но насыщенная жизнь в этой чертовой тюрьме приучила его к тому, что все может оказаться не тем, чем казалось сначала. Мысли летели быстро, варианты сменяли друг друга, в голове копились противоречия.