– Не подменила? – спрашиваю иронично.
– Всё в порядке, – не глядя на меня, Сергей убирает в портфель инструменты и осторожно, как хрусталь, – коробочку с алмазом. Застёгивает замок, будто в портфеле высокочувствительное взрывное устройство.
Идёт к двери, молча отстраняя меня рукой с дороги. Одевается, не спуская глаз с портфеля.
– Ты мне ничего не хочешь сказать на прощание? – я стараюсь сдержать слёзы и говорить спокойно.
Наконец, смотрит на меня. Наверное, потому что одет и обут, готов в любую секунду выбежать из квартиры. Теперь ему не страшно.
– Я не понял твоей шутки с песком, извини. Прощай. Счастливого Нового года.
И уходит, аккуратно прикрывая за собой дверь. Я не слышу звука подъезжающего лифта – в подъезде затихают торопливые шаги вниз по лестнице.
– Ну, и вали! – шепчу я. Уходя уходи.
На кухне свистит чайник, оповещая свою готовность.
Как всё странно, будто киноплёнку моей жизни нарочно замедляют, чтобы я обратила внимание на какую-то деталь. Какой песок? Что Сергей имел в виду? Выключаю чайник, наливаю кипяток в бокал и отставляю. Песок… песок…
Иду в спальню, поднимаю свою подушку – на простыне под ней небольшая горсть странного крупного песка. Сгребаю его в ладонь. «Я не понял твоей шутки с песком, извини». Я тоже, если честно. И вдруг меня осеняет – если я не крошила ничего в постель, и Сергей, то опять кто-то здесь был?
Бегу на кухню, ссыпаю песок на блюдце и назад – в спальню. Вытаскиваю флешку из работающего видео регистратора, вставляю в картридер – и в нетбук. Пока видео скачивается, сижу в оцепенении. Как странно всё, как странно! «До конца скачивания осталось 39 минут». Не зная, чем себя занять, хожу по квартире – убираю разбросанные вещи, собираю диван-кровать, пью кофе с молоком.
«До конца скачивания осталось 20 минут». Невозможно! Дурацкая техника… Опять мечусь. Хочется курить. Одинокий лимон на кухонном столе с издёвкой смотрит на меня своим жёлтым боком. Надо успокоиться. Наливаю второй бокал кофе. Пока остывает, мою посуду.
«… 10 минут». Звонок в дверь. Соседка Марина стоит с газетным свёртком:
– Сашенька, я хочу вас поблагодарить за вашу лёгкую руку и поздравить с Наступающим новым годом! Пусть у вас всё будет хорошо! Дай Бог вам здоровья, хорошего жениха и – хи-хи – много денег! Я вам пирог с рыбой принесла. С утра вот, смотрите, летаю! И всё благодаря вам!.. Ой, я, наверное, некстати?
Стараюсь прогнать то состояние, которому даже название не могу подобрать, натягиваю дежурную улыбку:
– Только проснулась, извините, не соображу никак. Спасибо за всё. А вы уже выздоровели?
Соседка всплёскивает радостно руками, чуть не приплясывает:
– Я так думаю, что ночью все мои камешки и вышли. А всё благодаря вам, как натёрли вы мне спину, так и хорошо стало. Сразу уснула, а вечером встала – немного тянет спину, но уже можно бегать, хи-хи-хи. Приходите к нам праздновать Новый год, если не уедете. Я побежала, наверное, уже картошка сварилась на салат…
Не узнать соседку, то еле ползала, то тараторит – не остановишь. Я окликаю её, когда она берется за ручку своей двери:
– Тёть Марин, можно вас попросить?
– Всё, что угодно, Сашенька!
– Если вдруг ко мне снова придёт молодой человек… Такой, высокий брюнет… Красивый…
– Который вчера к вам приходил?
– Да, он.
Вот же… любопытная, всё увидела, думаю про себя недовольно.
– Передайте ему, что я уехала к маме.
– Хорошо, передам. Так вы уедете? А я вам чуть было салатика не занесла…
Я киваю, поворачиваюсь, как сомнамбула, и с пирогом в руках иду на кухню. «Я не понял твоей шутки с песком, извини», – стоит в моей голове.
Рядом с лимоном – блюдце с песком. Я сажусь за стол и начинаю хохотать вперемешку с плачем.
У меня было две версии случившегося, а теперь, похоже, единственно верная – третья. Никого не было никогда в моей квартире. Я не воровала Флорентийца, и Сергей мне не подкидывал ничего. Оно само… ко мне… на лыжах…