Дэвид Мейсон не мог избавиться от смутного беспокойства. Он гордился своей памятью на лица, однако ему никак не удавалось вспомнить, где он уже видел полицейских, пришедших к Мармэну домой. Резвый «рейнджровер» 1985 года с ручной коробкой передач мчался по шоссе М-40 и А-40 до Оксфорда и дальше до Эйншема, а Мейсон все копался на задворках сознания, пытаясь привязать эти два лица к какому-то событию. Наконец недалеко от дома нахлынуло прозрение. Осознав возможные последствия своей ошибки, Мейсон утопил педаль газа, и «рейнджровер» рванул вперед, разбрасывая колесами щебенку.
Ворвавшись в дом, Мейсон схватил ключи и заперся в оружейной комнате. В одном из сейфов с документами он нашел зеленую папку и достал из нее несколько фотографий. Это были сделанные десять лет назад под Сумайлом снимки убийц Миллинга. Никакой ошибки быть не могло. Сегодня вечером к Майклу Мармэну наведались двое дружков Белой Шляпы. Вполне возможно, они до сих пор там.
Мейсон тотчас схватил телефон и испытал невыразимое облегчение, услышав ответ Мармэна:
– Нет, они ушли. Провели у меня минут двадцать. Это в связи с уличной дракой перед «Антилопой». Полицейские думали, будто я имею к ней какое-то отношение, но я быстро поставил их на место, и они даже извинились. А почему ты спрашиваешь?
– Слушай внимательно, Майк, – раздельно произнес Мейсон, поскольку ему было известно, что Мармэн почти ко всему в жизни относится с пренебрежительной иронией. – К тебе приходили не полицейские. Это очень опасные люди, и ты должен избегать их как чумы. Завтра я, как только смогу, приеду к тебе и все объясню.
После долгих шутливых отговорок Мармэн все же пообещал запереть на ночь дверь и окна, хотя бы из одолжения другу.
Затем Мейсон позвонил Спайку Аллену. Тот был дома и согласился немедленно связаться с «пушинками».
Глава 31
Полковник Томми Макферсон считал, что нацистские палачи, ставшие добропорядочными британскими гражданами и разоблаченные только в восьмидесятых годах, не должны автоматически получать прощение только потому, что им на протяжении сорока лет удавалось обманывать правосудие. Он также считал, что охота на убийц Миллинга и Кили должна продолжаться до тех пор, пока они не будут схвачены. Когда через восемь с лишним лет после гибели Кили Спайк Аллен позвонил ему и сказал, что убийцы снова что-то затевают, реакция Макферсона была мгновенной:
– Замечательно. На этот раз они не выскользнут из сети.
Он согласился завтра же утром созвать заседание Комитета, несмотря на крайне важную запланированную встречу с новозеландским миллиардером Роном Бриерли.
Жизнь полковника Макферсона была насыщенной. За четыре недели ему предстояло сделать для министра обороны доклад, заказанный премьер-министром Маргарет Тэтчер, о влиянии безработицы и других проблем на эффективность британских территориальных войск и других добровольных формирований.
Два года назад Макферсон, один из директоров Национального управления угольной промышленности, доверенное лицо и советник Йена Макгрегора, председателя НУУП, сыграл решающую роль в поражении лидера шахтеров Артура Скаргилла. Во-первых, он убедил Макгрегора сократить свои появления на телеэкране, тем самым дав возможность стать лицом НУУП более деликатному и практичному Майклу Итону. Во-вторых, Макферсон настоял на создании Британского угольного концерна, взявшего на себя грандиозную задачу обеспечения новой работой шахтеров, которых пришлось сократить Макгрегору.
Кроме того, Макферсон занимал пост председателя Лондонской торговой палаты, Британской национальной торговой палаты, Лондонского и Юго-Восточного отделения КБП, а также входил в правление нескольких крупных промышленных и финансовых компаний.
Еще когда Основатель в начале пятидесятых впервые присмотрелся к Томми Макферсону, его поразил послужной список молодого офицера. Окончив школу Фейтс (сейчас он был председателем ее общественного совета), Макферсон поступил в Тринити-колледж Оксфордского университета, где показал себя отличным спортсменом-легкоатлетом. Он также играл в регби и хоккей за университетскую команду. Вскоре после начала войны Макферсон был зачислен в Камеронский шотландский полк ее величества и направлен в отряд специального назначения. В ноябре 1941-го он попал в плен, но в конце 1943-го сумел бежать, после чего в составе специальных сил сражался вместе с французскими и итальянскими партизанами. За боевые заслуги Макферсон был награжден Военным крестом второй степени, орденом Почетного легиона, французским Военным крестом и многими другими орденами и медалями.