Выкидываю злые мысли из головы, осторожно начиная приглаживать темные волосы ублюдка, лежащего на моих ногах. Сейчас не нужно. Потом. Я подумаю об этом потом. Под моими прикосновениями разочарование на красивом лице быстро сменяется тихим восторгом, и он опускает ресницы, пряча взгляд. Но вряд ли от понимания, что сейчас в нем явственно отражается то, что он с переменным успехом пытается скрыть весь сегодняшний день. Просто слишком много ощущений. Да, пи? Ну и хорошо. Не будет сил для вранья. Мне нужен честный ответ. Медленно отвожу пальцы от волос и прикасаюсь к его щеке.
— Пи, скажи…
— Что? — в распахнувшихся темных глазах дурман наслаждения властвует безраздельно, так что я не сомневаюсь и не даю подумать ему.
— Ты… любишь меня?
Сердце замирает, и я жду. Долго? Нет? Не знаю. Вижу только, как его красивые губы начинают движение… слишком медленно. Ужас в глазах — гораздо быстрее, и он уже сидит чуть ли не в метре от меня, как-то судорожно сглатывая и неловко смеясь.
— Тебя к вечеру романтикой накрывает, Крист? О чем ты вообще? Нам домой пора. Завтра съемки, а еще ехать… Давай собираться.
Он резко поднимается и начинает складывать вещи. Хорошо. Пусть так. Только ответа не было, пи. И раз ты не хочешь по-хорошему, то будет… по-другому. А ведь я давал тебе шанс.
========== Часть 16. Крист ==========
Крист
Встаю следом за ним и помогаю убрать то, что осталось. Мне даже интересно, неужели он искренне считает меня слепым идиотом? Задумчиво обвожу взглядом тонкую фигуру Сингто, замершего рядом со мной по окончанию сборов, с ног до головы: очевидное напряжение в каждой мышце тела, преувеличенно широкая улыбка и глаза… совершенно чужого человека. Очевидный ответ — да. Он уверен, что я не способен видеть дальше собственного носа, а сам он — невьебенно сильный и может справиться с чем угодно. Даже с собственными чувствами.
Мерзко, если честно. Я ведь не лез к нему эти четыре года после его отказа. А он мало того, что вновь появился в моей жизни, так еще и провоцирует раз за разом. Морозит холодом. Сжигает ревностью. Греет непрошенной нежностью. Зачем он это начал? Хочет поиграть? Пробует понять насколько сильна его власть надо мной? Или насколько владеет собой? Не собираюсь гадать. И у него больше спрашивать не собираюсь. Сам все скажет. Глядя мне в глаза, и так, чтобы даже такой идиот, как я, смог его понять.
Но до тех пор — все, что он сделал со мной — получит назад. Я не настолько милый и добрый, чтобы, молча, терпеть его выходки. И мои чувства меня больше не остановят. Мой пи, всегда бывший для меня примером, показал, как легко можно переступать через самое дорогое. Что ж, я усвою этот урок.
— Пойдем. — сжимаю ладонь Синга в своей и тяну за собой к тропе от озера. Здесь нам делать больше нечего, а впереди… что будет впереди я не знаю.
***
две недели спустя
— Крист… Крист, вставай. Уже шесть. Тебе скоро выезжать.
Сильные пальцы осторожно прикасаются к моему плечу, но я только бормочу: «На хер». — и утыкаюсь носом в подушку… которая спустя секунду из-под него исчезает. Исключительно для того, чтобы я встретился лицом с матрасом, видимо.
— Твою ж… — зло шиплю и поворачиваю голову в сторону виновника моего слишком раннего, с моей точки зрения, пробуждения.
Синг в редких лучах восходящего солнца, пробивающихся сквозь шторы, вызывающе вскидывает бровь, демонстративно прижимая к себе мою подушку. И пусть он выглядит усталым, но все равно — невыносимо прекрасным. Я вздыхаю. И почему его шуточки еще глупее моих, если он такой умный?
— Крист, я не шучу. Если из-за тебя задержат съемки, то всем придется сниматься допоздна. Кто из нас ведущий актер?
— Я. А что, хочешь поменяться?
— Очень. Мало того, что я играю не хуже, так еще и знаю, что такое ответственность. Представляешь?
— Неа.
— Крист, ну хватит уже.
Несколько секунд рассматриваю лицо пи, на котором все явственнее проступают следы усталости, а ведь сейчас раннее утро и день даже не начат. Съемки, конечно, в последнее время лишь наращивают темп, скоро начнут выходить первые эпизоды и нужно успеть так много… Просто странно, что по нему это так заметно. Раньше он держался лучше. Становится чуть тревожно, но я выкидываю эти мысли из головы. Я все равно здесь, а значит замечу, если что-то будет не так.
— Обещаю встать, если ты мне поможешь.
— Чем? Полить тебя холодной водой? Вытолкнуть из постели ногой?
— Примитивно, пи. У тебя никакого воображения.
— А у тебя — совести. Сколько уже по-твоему времени?
— Это быстро. Если сам не затянешь.
Он замирает и опускает взгляд. По лицу скользит тень муки. А вот это уже неудивительно… но кто из нас виноват, пи?
— Синг…
— Я понял.
Он не дает мне закончить, резко обрывая и стягивая одеяло прочь. Переворачивает меня на спину и уже через секунду начинает ласкать мое тело. Ничего себе, готовность… Он, конечно, уже давно не возражает, если я говорю, что хочу его: вне зависимости от того, когда и где это происходит. Но сейчас… я ведь ни слова не говорил про минет. Мне было бы достаточно обычного поцелуя.
Впрочем, тело под его пальцами привычно плавится, и я ни слова не говорю против, когда он обхватывает губами мой член. Даже если ему сейчас не хочется, то на его умениях это никак не сказывается. Разве что в конце он слегка закашливается, но это, наверно, оттого, что я сам перестарался, когда на последнем выпаде слишком сильно вжал его лицо в свой пах, чтобы проникнуть еще глубже…
Из ванной я возвращаюсь в прекрасном настроении. Знаю, что скорость по пути придется превышать, ведь я задержался уже очень прилично, но если пи решил зайти настолько далеко, чтобы я появился на съемках вовремя, то я это сделаю.
Задерживаюсь лишь еще на пару секунд, чтобы подойти к постели и поцеловать по-прежнему остающегося в ней Синга в лоб перед отъездом. В качестве реакции получаю устало распахнутые глаза и тихий укор.
— Иди уже, Крист. Пожалуйста.
— Сам не проспи. Тебе на площадке нужно быть всего на час позже.
— Я помню. Буду.
— ок.
Подхватываю в прихожей кепку, уверенным движением надеваю ее, потом свои любимые черные очки и после пары тренировочных улыбок перед зеркалом, выскакиваю из квартиры Сингто. Конечно, как обычно, приходится пользоваться запасным выходом и, как вору, красться через всю парковку к зарегистрированной на чужое имя машине, но я привык. Все-таки ночую у пи уже в четвертый раз. И вряд ли я смогу описать, насколько мне у него хорошо.
Глупо улыбаюсь и выезжаю с подземной стоянки. Мне еще нужно добраться до собственной машины, прежде чем я смогу отправиться на съемки, но это не проблема. Абсолютно. Я готов делать так хоть каждый день, лишь бы возвращаться сюда снова и снова. Да и на Синга уже не приходится давить так сильно, чтобы он это позволял.
М-да… вот первая ночь была не очень приятной. По крайней мере в начале. И даже не потому, что пришлось ехать к нему поздно вечером на чужой машине, а потом еще стоять под дверью, как влюбленной фанатке, и ждать не меньше пятнадцати минут, пока он проснется и откроет. Он просто не хотел пускать внутрь. И лишь угроза пройтись с приветствием по всем соседним квартирам в поисках того, кто окажется благосклоннее и приютит меня, заставила его сделать шаг от порога.
Большая победа, между прочим. Эту квартиру он покупал для себя сам, и ни в каких шоу ее не светил, так что оказаться там было особенно приятно. А еще круче было идти вместе с Сингом по каждой комнате, досконально изучая предметы интерьера и… его реакцию на это. Мой уверенный пи испытывал явный дискомфорт. Причину которого я понял лишь позже: когда пошел к скоплению фоток на полке. Прачая тогда еще постарался увести меня подальше, что-то говоря о спальне, но мои глаза уже видели… себя. Много-много моих фоток в том же ряду с теми, где он был запечатлен с родителями.