— Как и положено, с восьмого уровня, — он выудил из пакета консервную банку и швырнул мне. Она тихо упала на спальный мешок. Следом туда же упала металлическая ложка, взятая со стола. — Поешь. Завтра долгий путь.
Отказываться я не стал. Но про чип узнать было интереснее всего.
— И как это ощущается?
— Описать не смогу. Да никто не сможет. Дойдешь до восьмого, сразу поймешь.
— Ну, я надеюсь до него не дойти, а свалить раньше.
Я открыл консервную банку, куда плотно была набита какая-то каша с мясом.
На голодный желудок — просто божественно.
— Может у тебя и получится. Но тебе наоборот, лучше бы его получить, прежде чем влезать в передрягу с группировками. У них то явно у всех есть восьмые уровни. Так хотя бы уровняешь шансы. Хотя…трудно назвать уравнением то, что заведомо проиграно.
Я лишь кивнул. Думать о том, как мне вытаскивать паренька буду потом. Сейчас хотелось пожрать и лечь спать.
Чем мы и занялись.
— Ладно. Я разбужу завтра, располагайся. — Тихий взял сухпай в руку и ушёл в комнату с кроватью, закрыв дверь.
Я отрубился сразу же.
И, по ощущениям, тут же проснулся.
Тихий стоял надо мной, аккуратно пихая меня ногой в бок.
На лице снова была бандана. Но в этот раз без очков.
— Рота подъем, хе-хе. Давай. Жду снаружи.
Он прошёл к лестнице, и я услышал, как жалостливо скрипит металл, пока он по ней карабкался.
Я вылез из мешка. Боль волной окатилась по всему телу. Мышцы ныли от усталости и полученных ударов от комара.
Руки сами потянулись к рюкзаку, выудили от туда аптечку, воду. Выпил таблетку обезболивающего, после чего аккуратно постарался размяться. Собрал все вещи и полез по лестнице.
Тихий стоял снаружи, осматривая соседние дома.
Наконец-то снаружи светило солнце. Сказать, что оно прям сильно грело — нельзя. Но было явно теплее, чем ночью.
Я вылез из люка, закрыл крышку и взглянул на небо.
Тучи, рваными лоскутами, застыли на одном месте. Ветра практически не было.
Если бы не два сияющих круга, можно было бы сказать, что я никуда не улетал с земли.
Но вот два, так называемых, солнца, явно портили эту иллюзию.
— Что ты там разглядываешь? Помогли лучше, — Тихий принялся засыпать люк пылью, соскребая её ногой в одну кучу.
Так себе маскировка, но лучше тут не придумаешь.
Я, само собой, помог.
Когда закончили он указал в сторону светящихся солнц.
— Вот они тебе ориентир. В той стороне выход из биома.
— Значит двинули? — я начинал ощущать, как срабатывает обезболивающее. Острая боль плавно перетекала в лёгкую, пульсирующую.
— Да. И смотри в оба. Днём тут совсем иначе. Нас проще обнаружить.
Словно в подтверждение слов моего напарника, вдалеке раздалась череда выстрелов.
Мы вышли с пустыря и нырнули в очередной переулок. При утреннем свете всё выглядело действительно иначе. Теперь я видел, что все дома покрыты следами от сырости, плесени и банальной грязи. Всё вокруг казалось мне давно заброшенным, необитаемым. Словно я оказался в какой-то зоне отчуждения, которую так старательно избегали люди. Жаль, что это было не так. Судя по всему, людей здесь хватало.
Очередное подтверждение этому мы встретили уже минут через двадцать. Тихий в очередной раз остановился. Мы были у выхода из переулка. Перед нами расположилась дорога.
Он выглянул из-за угла.
— Вроде никого…погоди.
Я тоже услышал звук. Голоса, где-то в десяти метрах от нас. Судя по направлению, они звучали из очередной пятиэтажки.
— Видишь что-нибудь? — спросил я, стараясь аккуратно высунуться из-за угла.
— Только слышу. Вон в том направлении.
Он кивнул в сторону перекрёстка. И словно в подтверждение его слов, дверь одного из подъездов распахнулась.
Первым вышел игрок, положивший руки на автомат, висящей на шее. В зубах у него дымилась сигарета. Чувствовал он себя очень вальяжно. Не осматривал дома или улицу. Просто вышел из дома, как на прогулку.
Такая легкомысленность могла свидетельствовать о двух вещах.
О глупости. Или о том, что улица находится под полным контролем.
Я бы предпочёл первый вариант.
— Веди их сюда, живее! — сказал он, встав по центру дороги и обернувшись к дому.
Из дома, прикрываясь руками, вышли двое. От сюда я смог рассмотреть, что это были девушки. Абсолютно голые. Даже через такое растояние было видно, что они трясутся, жмутся друг к другу, потупив взгляды вниз.
За ними вышел ещё один игрок. Держался он более собранно. Дулом автомата он контролировал движение своих жертв.