Расследование провел сам (силами искина). Зашла какая-то баба по разовому пропуску (выписан жандармерией), прямо в коридоре задержала дроида с подносом, перегородив путь стоявшим у стенки листом панели (ремонт там был небольшой) и на ходу накапала яд в чашку из чего-то вроде маленького шприца. На запрос в приемную Дарви приходил еще один дознаватель и сообщил, что пропуск был фальшивым, и меры будут приняты. Откуда баба была так информирована, и куда потом делась, пока ничего не известно.
Следующее покушение произошло через день после попытки отравления. Правда, тут уже нет уверенности, на меня ли? Просто я поймал мужика, пытавшегося перепрограммировать во дворце дроидов-охранников. С документами у этого тоже все в порядке было, только пропуск и наряд на работы в приемной министра Двора был выписан.
Узнал о диверсии, потому что искин мне на него пожаловался. Я просил обо всех странных случаях сообщать, вот он и донес. Болезненно искины воспринимают, когда у них дроидов забирают, еще на примере Эригона в этом убедился. Если бы не начавшиеся покушения, мог бы и внимания не обратить, а так — проверить пошел. Там у парня нервы не выдержали. Оба дроида, в настройках которых он успел покопаться, по мне огонь открыли. Без предупреждения. Но меня уже научили к целости своей шкурки относиться ответственно, шел прикрывшись щитами, так что успел им в ответ и сонное заклятье кинуть, и от насекомых. Искин сразу же дроидов себе под контроль вернул, они же спящего диверсанта дознавателям потащили.
Парень, кстати, вовсе не из рабочих оказался, а молодых аристократов.
Дальше в течение недели ситуация напоминала плохой анекдот. Минимум по одному покушению каждый день. Некоторые были даже довольно экстравагантными, например, когда ко мне через вентиляционную решетку прорвалась модель вертолета (вроде радиоуправляемых, что на Земле продаются) и сбросила маленький контейнер с совсем уже мелкими, но жутко ядовитыми пауками.
А так все больше мне мины на дверь и под дверь подсовывали, ядовитые газы в вентиляцию подводили или норовили заменить люстру на гравитационный молот.
Мы с искиным были на чеку, и обо всех покушениях узнавали на самой ранней стадии их реализации. Даже польза от них была — в экстренном порядке нашел в справочнике и выучил «сторожевое» заклинание, как в плоском, так и объемном варианте, а заклинание «определитель ядов» реализовал в форме амулета из «кровавого камешка». Главное в учении — наличие стимула.
Интерлюдия 11
Разговор двух вельмож
По освещенной редкими лампами потерне, соединяющей расположенные под зданием городской тюрьмы казематы, не спеша шли два господина в форменных комбинезонах со знаками отличия имперских министров. Их сопровождало более десятка жандармов и дворцовых служащих, но все они скромно держались шагах в десяти спереди или сзади от беседующих. Скорее, это была демонстрация вежливости, аппаратуры, позволяющей подслушать с такого расстояния беседу двух вельмож, пруд пруди. Но все сопровождающие были доверенными лицами, в основном, из родственников министров.
— Дорогой граф, — говорил один из них, — не переусердствовали ли вы с покушениями на нового помощника государя? Он, конечно, человек при дворе новый, но вполне способен догадаться, что без попустительства наших служб такое было бы невозможным.
— Граф Рей не производит впечатление злопамятного человека, к тому же идея была не моя, а Императора. Моя же служба только распустила слухи о возможностях пилота класса «SS+», которые позволяют читать память любого человека, как открытую книгу, так что от него ничего невозможно утаить. Как видите, нашлось очень много людей, которым есть, что скрывать.
— Вы думаете, что Императору удастся таким образом выкорчевать всю смуту?
— Так думает Император.
— А вы?
— А мы с вами провели переговоры почти со всеми влиятельными родами Империи в ситуации, когда они оказались нашими должниками. Да и в дальнейшем компромат на все сколько-нибудь заметные фигуры в Империи тоже не помешает. На случай непредвиденных Императором обстоятельств.
— Вы тоже думаете, что он обречен?
— Я бы не говорил столь категорично, но его прямолинейные действия до добра не доведут. Дворянство раздражает покушение на его привилегии, а недовольство в общественном мнении гораздо опаснее любых заговоров. К своей коронации он собирается объявить о результатах следствия и опубликовать обещанные указы. Надо быть к этому готовыми.