Учитывая то, что вставать сегодня нужно было в рань несусветную, на первую пару, настроение было и того хуже. Да плюс к тому, я проспала и собралась за пять минут, не поев даже. Знаю, что это вредно, но опаздывать на трёхчасовку к Иванченко – ещё вреднее.
Потому, когда я проходила арку, а кто-то похлопал меня по плечу, привлекая внимание, даже не сообразила, в какой момент зажала его руку в болевом захвате, заставляя уткнуться лицом в землю. А помню ещё что-то. Уже таким, скрюченным я рассмотрела нападавшего.
– Дарий? – описать то, как я удивилась - выше моих сил.
– Он самый, – услышала я сиплый голос своего незадачливого «нападавшего». – Может, отпустишь? Или хотя бы хватку ослабишь?
– Может, и отпущу. Если пообещаешь больше меня не пугать.
– Обещаю, – торжественно произнёс парень, скрестив пальцы за спиной, то ли забыв, что я это вижу, то ли нарочно.
После подобной выходки мне было физически трудно называть его мужчиной. Парень, не больше. Хотя, по правде говоря, можно поспорить, кто повёл себя более разумно, я или он, но всё равно, возрастной барьер сократился.
Я, конечно, отпустила блондина, и тот стал недовольно потирать травмированную кисть под хохот Стаса.
– Быстрее давайте, – сквозь смех выдавил брюнет, за что его друг наградил его испепеляющим взглядом.
Дарий махнул рукой в сторону небольшого фургона:
– Нам туда. И ты тоже, конь, туда иди.
– С какой это стати я конь? – Станислав на такое обращение обиделся, а я пошла в машину.
– Потому что ржание издаёшь уж больно характерное, – язвительно отозвался Дарий.
Дальнейший диалог от меня отрезала звукоизоляция фургона.
На проверку это оказался не совсем фургон, а микроавтобус с двумя рядами кресел, кроме водительского, один из которых был сейчас снят, и закрашенными зачем-то окнами. Вообще, на нём был очень символичный для данной ситуации логотип службы доставки. Войдя внутрь, я увидела свою точную копию. Только говорила она на немного ломанном русском, а так – очень похоже.
– Привет, я Джейн. То есть, теперь Киара. Нет, ну, конечно, ты Киара, но теперь и я тоже… – девушка окончательно смутилась. Похоже, слов для нормального общения на нашем языке ей катастрофически не хватало, потому я пришла на выручку.
– Ты англичанка? Я хорошо знаю твой язык и свободно на нём общаюсь, – сообщила я ей уже на английском.
Джейн новости жутко обрадовалась и зачастила на английском:
– Ты переодевайся, мне нужно быть в той же одежде, в которой ты вышла из дома. Знаешь, я так счастлива, что похожа на тебя. У моей мамы онкология, ей нужны дорогостоящие лекарстваа, на которых мы уже и так разорились. Это такое везение, что я могу заменить тебя.
Я стала переодеваться, даже забыв сказать, что сегодня никто не видел, во что я одета, потому что все ещё спали. Меня поразило другое: кажется, она не знает, что ей предстоит.
– Джейн, а ты знаешь, для чего ты заменяешь меня?
– Ну да, конечно, чтобы ты смогла пройти обучение, – британка, а я по языку это точно могу утверждать, отвернулась, дав мне возможность без стеснения переодеться в довольно тёплый серый свитер с оленями и не менее тёплые джинсы. Могу точно сказать, что предложи кто мне выбор, из всей одежды выбрала бы именно эту. Видимо, меня хорошо изучили.
– Но каким образом это произойдёт ты знаешь? – мне было страшно услышать, что не знает. Это глупо, конечно, но я верила в честность Стаса и Дария, верила в правильность того, что они делают. Но обман в этом случае убил бы, наверное, всё желание с ними сотрудничать дальше.
– Да, конечно. Они предлагали сначала хорошо изучить тебя и месяц походить за тебя в академию и домой, но мы быстро убедились в том, что не получится. У нас немного другое мышление и это бросается в глаза. Из десяти экзаменационных ситуаций я правильно решила только одну, да и та была очень простой.
– Погоди, сколько по времени тебя готовили? – и снова у меня не хватало слов для выражения своего удивления.
– Ну… как и всех УГРов. Очень мало. Лично меня – до этого готовили месяц под разные задачи, а вчера готовили лично под тебя. Ты скоро?
– Я уже давно, – теперь я отвернулась, давая тем самым Джейн без стеснения переодеться. – То есть, ты должна была выучить меня за один день?
– Сутки, даже чуть больше. Вечером позавчера вызвали и до полуночи этого дня дали время. Но, увы. Но я даже рада. Знаешь почему? За месяц учёбы мне заплатили бы меньше. А так точно хватит маме на полный курс лечения. Она выздоровеет и всё будет хорошо.