Джамала подняли. Визг и скрежет — диафрагмы разомкнули лепестки. Дальше — портал с электромагнитной защитой. Потом — портал, опрыскивавший Джамала и его конвоиров вонючей дезинфицирующей жидкостью. СВЧ-излучение. Ультразвук.
И вот Джамал внутри. Белые халаты, резиновые перчатки — примерьте, пожалуйста. Спрячьте, уважаемый, перхоть под шапочкой.
Чистота, стерильность, блеск — уж тут, под крышей инкубатора, Джамалу никто не запрещал вертеть черепом по сторонам. «Мышки» здесь не нужны — освещение на уровне, электричества не жалеют.
Снайпера вели мимо сотен капсул, заполненных витаминизированным гелем. В капсулах — молодые и не очень женщины, преимущественно амазонки. Джамал заметил несколько самочек-зооморфов и…
СИЛЬВИЯ!!
Джамал дёрнулся, но искусственные мышцы конвоиров крепко держали снайпера: свиная отбивная в тисках, нога в «испанском сапоге» — чуть-куда: брызги крови, хруст костей.
— Сильвия!!
…и вообще, что за танцы в строю?! Красивая женщина — всегда к хорошему настроению. Примета такая, профессиональная — у снайперов. Стряхнула креветок, запутавшихся в роскошных волосах, и ТАК зыркнула!.. Действительно, без всяких «но» красивая кошечка: высокая, стройная, коротенький топик обнажает спортивный животик, цветные ленты в рыжих кудряшках, смуглая кожа — одним словом: маори. Встала с пола, сбросила крокодиловую сумочку с веснушчатого плеча и…
Жена смотрела на Джамала сквозь толщу биоподкормки и сверхпрочного пластика. Гель в глазах, гель в волосах, гель в подмышках. Широко разведённые ноги, тёмный треугольник лобка, руки перпендикулярно телу, как всегда, великолепному телу.
— Твоя? — Мать Полка проследила за взглядом Джамала.
— Моя. Отпустите!
— Тебя?
— Её!
Мать Полка рассмеялась и ухватила Джамала за пах. Сжала. Больно. Джамал взвыл.
— Тише, красавчик, тише. У тебя никогда не было детей. — Профессиональная роженица определила это тактильно? Джамал не исключал такой возможности. — И у жены твоей не было. Потому она и пришла к нам. У нас — все беременеют.
Коса в три витка, широкие бёдра, огромные соски:
— Девочки, на стол его! Сделаем из красавчика многодетного папашку!
Сильные женские руки, шершавые ладони, бугры шрамированных бицепсов. Перепиленная лазерным резаком оптобечева упала на белый скользкий пол. Сопротивление бесполезно — мышцы не слушаются, руки затекли, предплечий нет — и не получиться ловко, в одно касание выхватить «глок» из распахнувшейся до кости плоти правого бедра. Джамал уверенно не сумеет быстро и без лишних движений перебить психованных сучек. Джамал пока не боец. Пока — выждать и не суетиться. И уж тогда…
…лимфа, трупы — боль отпустит, зрение восстановится.
И ведь главное, всё по Закону, без нарушения статутов цеха и Профсоюза: самооборона, пресечение нарушения Прав Человека, раскрытие антиконституционного заговора — формулировочки ещё те.
Джамала, снайпера пятой категории, швырнули на крестообразный лежак, опутанный проводами и силиконовыми прокладками. Керамическая основа с подогревом. Сплошная эргономика — всё для удобства пользователя. Эластичные захваты зафиксировали конечности — не пошевелиться.
— Разденьте красавчика! — амазонки споро срезали с Джамала всю одежду. Не побрезговали даже нижним бельём — кстати, не очень свежим (Джамал в отсутствие жены совсем запаршивел).
— Кляп! — стрелку разжали челюсти штык-ножом, в окровавленный рот воткнули знатный кусок резины.
— Прибор! — на половой отросток Джамала приспособили пугающего вида куб с функциональным отверстием. В торец куба— mecha ввинтили прозрачный шланг.
— Прививка! — из-под потолка к Джамалу рухнул хирургический станок, нависнув над распростёртым телом. Десяток игл одновременно впились в вены на сгибах локтей. Руки мгновенно онемели.
— Стимуляция! — куб— mecha отвратительно завибрировал, функциональное отверстие сузилось, аккуратно обхватив член Джамала. И… — чёртова вибрация! — снайпер почувствовал, как приливает кровь к самому мужскому из мужских органов.
От исколотых вен — волна тепла, озаглавленная пеной волнения — прямиком в мозг, разжижая химией нейроны, истребляя клетки гипофиза, изничтожая мозжечок, требуя всё больше и больше эндорфинов. В глазах Джамала — винегрет вспышек стробоскопа и неимоверное паскудство, замешанное на безумной похоти: женские прелести, акробатические позы, сплетения тел, окружности сосков, крепкие ягодицы, плоские животики… — и ритм, ритм, ритм! фрикции, фрикции, ритм!
На лбу Джамала выступил пот. Язык живёт сам по себе, он удлинился, он шершавый, но в то же время приятно тёплый и влажный, язык сдвоённым кончиком слизнул солёные капли со лба снайпера.
Пот.
Капли.
Я-йа-а-а-аз-зззыы-ком-ммм!!
И вот тогда-то в пространстве-времени появился этот шёпот, сладострастный, нежный, прекрасный, как обесцвеченный завиток на девичьем лобке:
— Максимум, вашу мать!!!
И Джамал испытал неземное наслаждение, это…
…вспышка. Взрыв. Ручей, река, водопад — талый снег.
Семя.
— Врубай отбор! — насос втянул выделения Джамала в присоединённый к кубу шланг.
— Анестезию и подкормку! И выжмите его досуха! — шёпот-шёпот-шёпот, сладострастный, нежный и сдвоённый кончик, и стробоскоп, крепкие животики…
…огромная — великолепная! — грудь, нависшая над снайпером, и круглое лицо, такое милое, такое симпатичное и желанное, и улыбка слегка асимметричных, чуток неровных зубов, таких загадочно жёлтых — шёпот трансформировался в плоть, настоящую женскую плоть, спелую и домашнюю.
И Джамал услышал:
— Сегодня ты станешь папашкой, красавчик. Я тебе это обещаю.
37. НАНОСКАФАНДРЫ
Позади — темнота и десятки трупов в пятнистой униформе.
Бабушка как будто помолодела лет на двадцать, а то и на тридцать, — Юрико протискивается бочком в древнюю ДВС-развалюху. Кажется, это убожество инженерной мысли называется «фиат-уно».
Протискивается? — да-да-да! — в салоне этого, так сказать, лимузина, кроме доктора Джино Паскаля, ещё и целый арсенал размещён: и на переднем сидении, и на полу, и, наверняка, в багажнике кое-что смертоубийственное имеется.